— Замечательно, — констатировал Рысцов, хлопая дверью. — Теперь нам без буксира вообще отсюда не выбраться.
Вокруг простирались заснеженные поля с черными проталинами и точками недовольно кричащих грачей. Километрах в трех к востоку виднелись разбросанные в низинке избы, а за ними — лес.
— Нам туда, — мотнул головой Валера, кутаясь в тулуп. — Судя по схеме, дом с телом Всеволода за той деревней.
— Тогда пойдемте, — откликнулся профессор, вынимая из багажника лопату.
— Гробовщики, — обронил Рысцов, наступая сапогом в неразъезженную колею.
— Какой там… У нас даже нет гроба…
Деревня оказалась заброшена. Выбравшись на относительно ровное место посреди улицы, Альберт Агабекович и Валера остановились и устроили небольшой привал. Расчистили лавочку возле перекошенного забора и присели, снимая по очереди лопатой пласты грязи с сапог и оттирая штаны.
— Ну и местечко, только вурдалаков не хватает, — улыбнулся Рысцов, глядя на открытую калитку. — Собаки не лают даже. Все ушли. Странно, не правда ли?
Аракелян не ответил, лишь кивнул. Он тяжело дышал: все-таки протопать несколько километров по весенней размазне для пожилого человека не сахар.
— Ну что, отдышались? — спросил Валера через четверть часа, изучая схему.
— Да, выдвигаемся.
— Идите налегке, лопату я понесу.
— Куда ты со своими культями изрезанными, — неожиданно властным тоном сказал Альберт Агабекович, и в его голосе явственно прорезались армянские нотки. — Дай сюда…
Валера изумленно хмыкнул, но инструмент вернул.
Пройдя застывшую деревушку насквозь, они повернули чуть севернее и вскоре обнаружили нужную дорогу.
— Гляньте-ка! — воскликнул Рысцов. — Следы-то свежие совсем.
Аракелян подошел ближе. Извилистая просека разбивала лес на две части, а в колеях виднелись отпечатки широких гусениц.
— Кто-то недавно проезжал здесь на вездеходе, — удивленно сказал профессор. — Мощный вездеход, тяжелый. Мы на таких однажды в тайге ходили, когда в экспедиции геологической были. И он ехал не через поселок, а кружным путем. Ну да, на такой машине хоть через стены можно скакать…
— Интересно, очень интересно, — пробормотал Валера. — Что ж, посмотрим. Двинулись?
— Конечно…
Добротный бревенчатый сруб они обнаружили километра через полтора. Дом был одноэтажный, стоял на полянке, а чуть в стороне от него из-под снега торчало несколько перерубленных кабелей. Следы гусениц подходили почти вплотную к крыльцу, возле которого земля была взрыта — по всей видимости, на этом месте вездеход разворачивался. Входная дверь покачивалась на единственной уцелевшей петле, причем косяк оказался вынесен наружу — последствия грубого взлома явно даже не пытались скрыть.
— Вот те на… — присвистнул Рысцов, поднимаясь по ступеням.






