ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Жестокое убийство молодой художницы Джульетты Киппер совершено ПРЯМО В ГАЛЕРЕЕ, где только что состоялась ее персональная выставка…Полиция в тупике: КОМУ понадобилось устранить Джульетту и ЗАЧЕМ?Однак... Ледяное сердце Джонатан Келлерман 1 Свидетель помнит следующее. Вскоре после двух часов ночи Беби-Бой Ли покидает «Змеючник» через противопожарную дверь в тыльной стороне здания. Осветительная арматура над дверью рассчитана на две лампочки, но одной лампочки нет и асфальт, заваленный мусором, едва освещен тусклым светом. Он кажется грязновато-горчичным и составляет фута три в диаметре. Намеренно или нет вывинтили недостающую лампочку, остается только догадываться. У Беби-Боя это был второй и последний «брейк» за вечер. Его контракт с клубом предусматривал два выступления — по одному часу каждое. Первое заняло у Ли и его оркестра на двадцать две минуты больше из-за продолжительных сольных номеров самого Беби-Боя, исполненных на гитаре и губной гармонике. Аудитория, почти полный аншлаг из ста двадцати четырех человек, потрясена. «Змеючник» не идет ни в какое сравнение с теми местами, где Беби-Бой выступал в свои лучшие времена, но он, похоже, вполне устраивает его. Прошло довольно много времени с тех пор, когда Беби-Бой выступал с вразумительными блюзами. Слушатели, опрошенные позднее, в один голос заявили, что это было лучшим выступлением «большого дяди». Говорят, Беби-Бой отказался от всех вредных привычек, кроме курения. Он выкуривает по три пачки ментоловых сигарет в день, делая глубокие затяжки, когда находится на сцене, а его гитары испещрены выжженными ромбовидными пятнами, уродующими их лакированную поверхность. Впрочем, сегодня вечером Беби-Бой, необычайно сосредоточенный, редко брал сигареты оттуда, куда их обычно засовывал — повыше порожка своего «Телекастера-62» под тремя струнами высшего регистра, — и оставлял их там медленно тлеть. Так что, возможно, именн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Прошло восемнадцать лет со времени хита «Джуниор Бискит», а в эпоху, когда рок превратился в порнографию, Ли стал именно тем, кто музыкальное ТВ совершенно не интересует.

Зеваки с места происшествия наговорили с три короба. Эти подростки, годившиеся Беби-Бою в дети, все, как один, восхищались им только по воспоминаниям: в прошлом году Беби-Бой аккомпанировал на гитаре при записи альбома одного джаз-банда, двадцатого или какого-то еще разряда, под названием «Тик-439». Этот платиновый диск придал здоровяку сил в его попытках реабилитироваться.

Петру весьма интересовало, не получил ли Беби-Бой за свой хит хороший куш. Большие деньги — серьезный мотив для убийства. Но от этой версии она сразу же отказалась, поговорив с менеджером Ли.

— Ничего подобного. Хит не сделал Беби богачом, — подавленно бормотал Джеки Тру, бывший менеджер Ли, волосатый, сутулый, похожий на хорька человек в костюме из грубой хлопчатобумажной ткани.

— Почему нет, сэр?

— Потому что это было дерьмо, сплошное надувательство, — ответил Тру. — Те ребята. Они поймали его на крючок, убеждая, что боготворят его, поскольку он дар Божий. А теперь угадайте, сколько они ему заплатили. По двойной шкале. Я попытался получить процент от доходов, по крайней мере чистый доход, но… — Тру выдохнул и потряс головой. — Я даже не получил свою долю. Беби было нужно все, до последнего цента.

— Дело дрянь, — заметила Петра.

— Дрянным был лейтмотив песенки Беби.

Петра беседовала с Тру в его дерьмовой квартире в северной части Голливуда. Ботинки у Джеки были рваные, а ногти неровно подстрижены. Сколько получал менеджер — десять, пятнадцать процентов? Этот не походил на человека, содержащего конюшню с чистокровными скакунами. Означал ли уход Беби из жизни то, что новые ботинки и хорошо ухоженные ногти так и останутся голубой мечтой Джеки? Если да, то ищи другой мотив.

В любом случае Джеки не мог быть подозреваемым. Линус Брофи, похоже, уверен только в одном: убийца высокого роста, а Тру на целую голову ниже.

Потом Петра перешла к следующему по списку — аспиранту, внештатному звукооператору студии звукозаписи. Он работал в тот вечер и почти ничего не знал о Беби-Бое.

— По правде говоря, — сказал он, — это вообще-то не мое. Я предпочитаю классическую музыку.

Квартиру Беби-Боя Петра посетила на следующий день после убийства. Такая же жалкая, как и жилище Джеки Тру, на нижнем этаже приземистого шестиэтажного дома у Кахуэнги, между Голливудом и Долиной. Здание располагалось за автостоянкой, обсаженной кипарисами. Асфальт на ней покрывали лужицы масла, а машины жильцов, как и тринадцатилетний «камаро» самого Ли, были старыми и пыльными.