Жаль, что племянник всегда был не в ладах с ним, ему хотелось бы получше узнать это обворожительное создание.
– Полагаю, у тебя возникли особые причины навестить меня, – сказал он, отпуская ее руку и устраиваясь поудобнее. Он даже не поморщился от пронзившей его тело боли, вытерпев ее, как и подобает истинному Бэрренкорту.
– Да, – призналась Рэйвен, – но вижу, что, кажется, не вовремя. Вы плохо себя чувствуете. Может быть, я зайду позже, когда…
– И это после всех хлопот, чтобы прорваться сюда? Нет, девочка моя, теперь я тебя не отпущу. Что ты, кстати, сделала с Джеффордсом, а? Век не слышал, чтобы он так вопил! Последний раз это случилось, когда дражайшая миссис Джеффордс, дьявол упокой ее душу, решила, что он заигрывает с соседской служанкой, и огрела его кочергой по спине. – Он громко захохотал. – А ведь трудно найти более преданную душу, чем у нашего Джеффордса! Никогда не мог понять, что он нашел в этой старой ведьме? – Он лукаво взглянул на Рэйвен и самодовольно ухмыльнулся. Его бородка задрожала. – Я тебя шокировал, девочка моя? Нет? А ведь мог бы, если бы задался целью! Хи-хи, ты ведь прехорошенькая, Рэйвен. Жаль только, что мы не познакомились раньше.
– Мне тоже жаль, – искренне сказала Рэйвен.
– Ну а теперь, – мгновенно посерьезнел сэр Хад-риан, – перейдем к делу. Ты приехала сюда с определенной целью, твой отец умер уже… сколько?., три месяца назад, да? И ты, значит, сама управляла Нортхэдом? Великолепное поместье, правда? Никогда не прощу твоей прабабке, что она родила Томаса первым! Я с удовольствием называл бы Нортхэд моим, хотя и уехал оттуда, когда мне исполнилось девятнадцать, и с тех пор побывал там всего дважды.
– Отец рассказывал, что вы все время ссорились с моим дедушкой.
Сэр Хадриан пожал худыми плечами.
– Я был молод, упрям, на мои поступки влияла и треклятая гордость Бэрренкортов. Поскольку унаследовать Нортхэд я не мог, то попросту ушел оттуда. И поклялся, что ноги моей там не будет, пусть Томас владеет им безраздельно. Так что я сам сделал свое состояние, стал богат и мог бы купить особняк вдвое больше Нортхэда, только понимал, что все это будет не то.
*Рэйвен – ворон
(ашл.).
– Но почему же вы не возвратились, когда ваш брат умер и Нортхэд перешел к папе? – спросила озадаченная Рэйвен. – Вы же родились там и, насколько мне известно, провели там счастливое детство. – При воспоминании о дорогом ей доме глаза девушки мягко засветились любовью. – Как вы смогли не приехать?
Сэр Хадриан хихикнул и похлопал ее по руке.
– Вижу, и ты очень любишь Нортхэд, дорогая девочка. И я любил его, но и с твоим отцом я не ладил так же, как и со всеми остальными Бэрренкортами. Мы сталкивались лбами, словно борцовские петухи, – только искры летели во все стороны. Уж такие мы есть.






