– Вы об этом позаботитесь, Ноулз?
Этот тощий, как огородное пугало, и лысеющий человек переводил взгляд с Эриел на Филиппа и обратно. Но на этот раз, вне всякого сомнения, лицо его выражало неодобрение. Однако он только поднял кустистые брови и сказал:
– Как вам будет угодно.
Эриел взяла Филиппа за руку и повела его через холл в Красную комнату, к софе перед камином. Принесли чай, и Эриел принялась разливать его, вознося мысленно благодарственную молитву Господу за то, что ее обучили хорошим манерам, позволяющим ей теперь так легко войти в мир Филиппа. Он отхлебнул маленький глоточек чаю из чашки с золотым ободком по краю, которую она передала ему, в то время как взгляд его глаз, голубых, как дельфтский фарфор, медленно скользил по ее лицу.
– Не могу выразить словами, какое наслаждение мне доставили эти несколько дней, которые мы провели вместе.
Эриел поставила свою чашку с блюдцем на стол.
– Мне тоже это было приятно.
Какое удовольствие, когда за тобой ухаживает красивый молодой человек, графский сын, уж никак не меньше, и ты впервые в жизни пробуешь на нем свои женские чары! Вначале она испытывала в его обществе смущение. Ведь Филипп принадлежал к аристократии и на социальной лестнице стоял намного выше ее, но его учтивость и обаяние очень быстро успокоили ее.
– Вы замечательный, Филипп. Если бы не вы, мои дни в этом мрачном доме были бы печальны.
Он улыбнулся:
– Напротив, это мне повезло. Ваше умение вести приятную беседу отрадно. «Вы мне милы смиренным видом и учтивой речью».
Эриел почувствовала, что краснеет. Он постоянно цитировал стихи. Это было так романтично, изысканно и свидетельствовало о его образованности и светскости.
– Шекспир? – Она знала, как он любит барда, но на этот раз полной уверенности у нее не было.
Он кивнул:
– Да, «Ричард II».
Эриел отпила несколько глотков чаю и поставила чашку.
– Мне хотелось бы когда-нибудь увидеть это на сцене.
– В таком случае я обязательно свожу вас в театр. – Он потянулся к ней и завладел обеими ее руками. – Моя дорогая Эриел, вы должны догадываться о моих чувствах к вам.
Она опустила глаза на его руки, все еще сжимавшие ее пальчики. Это были бледные нежные руки, руки истинного джентльмена. Сердце ее отчаянно забилось. Конечно, было еще слишком рано говорить о браке.
– Я… я, право, не знаю, что сказать.
Филипп бросил взгляд на дверь, которая была закрыта, но Эриел не осознала этого. Он заключил ее в объятия.
– Мы не так давно знаем друг друга, но случается, что люди внезапно проникаются друг к другу взаимным чувством. Я должен вас поцеловать, моя дорогая Эриел. С первой минуты, как я увидел вас, я не мог думать ни о чем другом. Вы просто сводите меня с ума.
Внезапно Эриел ощутила неловкость. Как и сказал Филипп, они были знакомы совсем недавно, не дольше недели.






