Ливви подумала, что Джеймс ведет себя как чужой человек. Но не по рабочему же телефону ему об этом говорить. К тому же и Сэм обязательно сделает такой разговор достоянием гласности.
– Хорошо, тогда увидимся в воскресенье вечером.
– Да, увидимся в воскресенье. – Через короткую паузу Джеймс добавил: – И желаю хорошо провести время, дорогая.
– Спасибо.
– Ну пока. – Телефон отключился.
Ливви села и минуту подержала в руках трубку, прежде чем положить ее на место. «Да, увидимся в воскресенье». Она взяла кипу конвертов и несколько фотографий, пришедших за неделю, и бросила их в свою сумку. – Я просмотрю почту, Билл. Увидимся в понедельник утром.
Она встала. Сэм смотрела на нее с явным любопытством. Плевать. Повернувшись, она подняла свой рюкзачок от Армани, надела на плечо и прошла мимо своего стола к двери.
– Увидимся в понедельник, Сэм. Не делай того, что должна сделать я!
Сэм фыркнула:
– Хорошей дороги, Ливви!
Ливви с трудом улыбнулась и уронила на ходу: «Пока».
Сэм обернулась к Биллу:
– Джеймс, или уик-энд в Сассексе? Билл театрально закатил глаза:
– Я думаю, что это немного из-за ее дружка, а потом еще воспоминания о Брайане.
Сэм согласно кивнула. Они оба знали, что уик-энд дома напоминал Ливви о ее отце, и даже через двенадцать лет после его смерти ей было все еще больно. Билл пожал плечами, и Сэм в ответ снова кивнула. Каждый из них знал, как много для Ливви значил ее муж и что Джеймс был полным ничтожеством. Но ни Билл, ни Сэм не находили мужества сказать ей об этом. Да и какое, строго говоря, у них было право вмешиваться?
Спустившись на автомобильную стоянку, Ливви нажала на кнопку электронного ключа. Охранная система отключилась, и БМВ гостеприимно раскрыл двери. Она села на пассажирское место, бросила свою сумку на заднее сиденье, а затем передвинулась на место водителя, включила двигатель и стереосистему. Голос Дины Кэррол зазвучал в приемнике. Ливви подала машину назад, повернула руль и посмотрела через плечо. Она быстро взглянула на мягкий верх и на минуту остановилась, вспомнив разговор с Фрейзером Стюартом. Это было несколько месяцев назад, когда она покупала машину. «Мягкий верх, Ливви? У тебя чертовски размякли мозги, я думаю, – ворчал он. – И сколько времени ты собираешься ездить по городу?»
– Около шестнадцати часов, Фрейзер! – сказала Ливви молчаливой машине и улыбнулась. Крыша была смята в первую же ночь, когда она купила машину, и еще дважды после этого. Но она не призналась в этом Фрейзеру. Черт возьми! Должна же девушка иметь гордость. Она выбралась с места парковки, подъехала к воротам и посигналила красным огнем охраннику. Ворота раскрылись, и она выехала со стоянки. Может быть, я позвоню ему сегодня вечером, думала она, крутя ручку приемника. Прошли века с тех пор, как мы говорили.






