В его поросячьих глазках сверкнула обычная хитринка; рука метнулась и схватила блокнот.
— Это он, не сомневайтесь, мистер Биллтоу, — сказал Пайк. — Только он не дьявол, а человек вроде меня и вас, правда повыше и лучше сложен. Вы коренастый, приземистый, ну и я такой же. Это он, готов поспорить. Разве нет, мистер Биллтоу?
Биллтоу выпрямился, стряхивая с себя дурное настроение, словно пес воду со шкуры.
— Называй меня Артур, Пайки, друг мой.
Пайк улыбнулся, обнажив редкие зубы. Этот блеск в глазах-бусинках Биллтоу был ему хорошо знаком; точно такой же возникал перед тем, как тот должен был обыскивать пленника. Биллтоу всегда чуял запах гиней.
С берега дул постоянный, ровный ветер, и луна из-за завесы облаков сияла, словно серебряный шиллинг. Идеальный вечер для тайного полета. Конор Финн почти испытывал чувство удовлетворения, летя в сторону моста Себбер. Теперь планер слушался его гораздо лучше, и удар о землю ощущался не сильнее, чем если бы он спрыгнул с низкой стены. К пропеллерам он пока не прибегал: и без них все шло гладко. Радовал также тот факт, что он уже выкопал три мешочка алмазов «Убойных баранов», а охранники на Малом Соленом по-прежнему ни о чем не догадывались. Правда, беспокоила мысль, что Биллтоу может выжрать пару бутылок для храбрости и отправиться искать дьявола со своими дружками, однако пока никаких признаков Артура Биллтоу не наблюдалось.
«Я до смерти напугал эту крысу. Однако долго он в таком состоянии не останется. Еще один полет, и все семь мешочков будут у меня».
«Зачем непременно нужны все семь?»
Этот вопрос мог бы задать ему Линус, а сейчас задавал себе сам Конор.
«В качестве компенсации за мой плен. Вопрос чести».
Именно эта мысль поддерживала его в тюрьме. Он сделает то, чего не может Биллтоу, — вынесет алмазы с острова. Однако теперь этот план казался не таким уж безупречным. Зачем снова и снова подвергать себя опасности, когда ему уже следует плыть на пароходе в Нью-Йорк? Правда, половина алмазов были обещаны Отто, но, даже полностью расплатившись с кланом Маларки, он все еще будет иметь достаточно алмазов, чтобы купить билет в Америку и начать там новую жизнь.
«Я не хочу уезжать, — понимал он. — Но должен».
Оставаться здесь небезопасно и для него самого, и для его родных.
«Семь мешочков. А потом — Америка».
Ялик был вытащен высоко на глинистый берег; единственная тянущаяся от него цепочка следов уходила к заливу Фулмар. Зеб Маларки держал свое слово; и с какой стати ему нарушать его, когда половина алмазов поступает в его сундуки?
Конор сел на планшир судна и отстегнул ремни планера. Особых повреждений вроде нет, но завтра утром он проверит каждую секцию, каждую нервюру. Даже малейший разрыв в ткани крыла может привести к тому, что он упадет с неба, словно подстреленный голубь.






