И вдруг невольно соглашается, что болото и эти ленивые воды обладают неведомым могуществом. Ему видятся призраки жертв болота, существ из плоти и костей, которых поглотила бездна безмятежной на вид Мальну. Проглотила разом, ни больше, ни меньше… как с адским аппетитом. Он пытается разглядеть границу высоких тростников, предохраняющих его от опасности. Но уже ничего не видит. Моарк'х ощущает, как тоскливая муть проникает в его существо, как проникает сквозь одежду этот неощутимый туман. Наконец хозяин Лану решает остановиться. Он уже и так много сделал, но плуг вдруг глубоко уходит в землю.
Словно чья-то сильная рука ухватилась за лемех. Моарк'х отпускает ручки и отпрыгивает в сторону — инстинкт гонит его прочь от болота. Бретонец вскрикивает от внезапного страха, замирает в напряжении. Мышцы его непроизвольно дрожат. Из каждой поры сочится пот. Моарк'х берет себя в руки и подходит к животным. Они не провалились в землю, а спокойно ждут. Крестьянину нужен контакт с живыми существами. Он громко заговаривает с ними, трогает разгоряченные крупы. Склоняется над плугом. Пытается сдвинуть его. От рывков руки и ноги пронизывает боль. Моарк'х толкает плуг с удвоенной силой, забывшись от гнева. Усилия отгоняют тоску. Лемех словно вмерз в лед.
Раскачивая плуг, бретонец слышит скрип и понимает, что лемех наткнулся на большой камень. Из глотки Моарк'ха вырывается злой и громкий смех, больше похожий на натужные приступы кашля, рвущие туман в клочья. Наклоняя плуг в одну и другую сторону, хозяин Лану пытается высвободить лемех. Но тот засел так крепко, что Моарк'ха охватывает ярость. Он ругается, забыв о всех опасениях, проклиная задержку, с силой бьет по упряжке. Удивленные волы рывком сдвигаются с места. Лемех скребет по камню, затем преодолевает препятствие. Моарк'х давит изо всех сил. Плут выскакивает из земли и опрокидывается набок. Обезумевшие от страха животные галопом тащат его вперед к болоту.
Из тумана выступает стена тростника. Упряжка летит прямо на нее. Животные вязнут в плывуне. Бретонец невольно крестится. Но бег животных замедлился из-за хлюпающей, как пропитанная водой губка, гнилой земли. Волы останавливаются и пытаются выбраться из грязи, в ко- торой вязнут их ноги. Несколькими быстрыми движениями Моарк'х распрягает животных, понуждая их к сопротивлению. Ибо волы уже покорились судьбе. Бретонец подходит вплотную к животным, чувствуя, как зыбкая земля вцепляется в лодыжки. Он со злостью колотит волов, и те наконец высвобождают передние ноги. Ему с трудом удается вывести их на твердую почву, туда, где она скреплена корнями травы. Продолжая ругаться, Моарк'х позволяет себе расслабиться и глубоко вздыхает. Пытаясь сдержать злость, он нежно гладит волов по влажным дрожащим загривкам.






