ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Иногда в жизни все идет кувырком и посылают туда, не знаю куда, сделать то, не знаю что. Хотя обычно и просто посылают… Etcetera Оборотень "Оборотни бывают разные." Знаток оборотней. Вот уж за что ненавижу позднюю осень, так это за холода, дожди и еще за то, что травы мало. А та, что осталась, вся вялая и какая-то пожухлая. Высохшая, как обертка, в которую местный торговец колбасы заворачивает. Нет, мне то что. Не есть же я ее собралась, чего б другие не намекали, но все равно смотрится премерзко. И настроение сразу какое-то паршивое становится. Опять весны ждать. В пивную я вошла, уже полдень наступить успел, надеясь, что мой старый приятель торчит там. Деньжата мои подходили к концу, и мы с ним договаривались встретиться и подзаработать. Не слишком честным путем, но что я виновата, что большинство тех, кто может позволить себе такую покупку, не способен удержать ее в руках. Сами они виноваты. А тут и зима наступает, и проворачивать подобное дельце станет сложнее. Догнать могут. В общем, только пара седьмиц и оставалась, чтобы на хлеб с маслом себе до весны накопить. Талс Прохвост, бледный, рябой, невероятно веснушчатый парень, уже сидел за столом и ждал меня. Веснушки почему-то обсыпали его в любое время года как сыпью, так что лица за ними почти не видно. Тускло-русые лохмы, косая сажень в плечах, по крайне мере, он сам в это верит. Угу, но сам такой костлявый и долговязый, что этого другим не видно. Когда ходит, вообще сутулится и будто по земле стелится. Лишнее внимание, оно ему ни к чему. Судя по немного окосевшему взгляду, ждал давно и не меньше трех кружек выдул. — Какого лешего? Я ж говорила не больше двух!! Он вздрогнул. Смотря в кружку, даже не заметил, как я подошла. Зоркий глаз, чуткое ухо и куча других добродетелей. — Ты мне чего матушка? Я могу бочку выпить и не захмелею. Главное, сама не пей как лошадь. — гыгыкнул он. Я даже не обиделась. Шуточки у нег

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Либо ему плевать на деньги, либо после птички он решил сожрать меня следующей.

Я легко и грациозно поднялась, с наслаждением отряхнулась так, что брызги грязи в стороны полетели. Наемник успел прикрыть куропатку рукавом куртки. То ли ждал от меня подлянки, то ли ловкий шибко. Зато, его самого неплохо забрызгало. Тем же рукавом вытер лицо, не очищая, а скорее размазывая по нему грязь. Глянул на меня, глаза на запачканном лице показались нежданно светлыми. Прозрачными, как вода в проруби, и такими же холодными. Вот, вот ожидаешь, что пар над ним подниматься начнет, как ранним утром в морозец, когда с ведром к запруде тащишься. Я настороженно дернула ухом.

На меня бывало кидались с кулаками, даже пытались врезать по морде поводьями, но всем им после этого шибко не здоровилось. Если б я была добрым оборотнем, небось катала бы всех бесплатно.

Но наемник ничего делать не стал, даже ругаться, только платком лицо вытер и есть принялся. Может, лень иль слишком хорошо успел рассмотреть мои зубки. Недаром про прикус у Талса спрашивал. Глотая слюнки, я жадно смотрела, как он пожирает куропатку.

— Иней. Иди сюда. — порылся в сумке и протянул мне довольно увесистую краюху хлеба. Вчерашний, но мне такой даже нравится.

Я подошла очень медленно. Мало ли, чего ему в башку взбредет. Он задумчиво смотрел на огромный сук, который волочился сзади. Поводья, которыми меня к дереву вчера привязывал, вместе с веткой оборвались, когда я поспать решила.

— Сильная лошадь мне досталась. — все также странно на меня пялясь, пробормотал он.

Он бы на мне еще пахать попробовал, дубина. Осторожно взяла с руки хлеб, стараясь не откусить ему пальцы… не люблю я человечину. Наемник похлопал меня по загривку. Стерпела и это.

От угасающего костра шел слабый, почти не ощутимый жар, и тепло доставалось лишь левому боку. У человеческого облика тоже свои преимущества. Задержаться где-то мне часто удавалось лишь на короткую пору, отчего я скорее дорожила пламенем очага, чем постоянной крышей над головой. Эх, воротить бы свой облик, да завернуться во что-нибудь теплое и протянуть к огню руки… Но мне нужно было отрабатывать свои золотые.

Хлеб я сожрала быстро. Мало, но хоть в желудке перестало урчать. Наемник затоптал костер и опять невероятно быстро взлетел в седло. Я обожаю издеваться и долго не давать всаднику залезть. Многие уже из-за меня падали, прыгали вслед на одной ноге, вторая в стременах застревала… Этот же мне все удовольствие поганил.

— Давай быстрее, Иней. — он тронул поводья.

Я фыркнула, слегка вскинулась, но все же побежала. Что для меня десять верст, я ж не обычная коняга. Вот отвезу его подальше, а потом уже будет бежать он сам и один одинешенек. Если из оврага выберется.

Дорога была холодная, мокрая, грязная.