Дотронувшись до раны, ждал, что пальцы окунутся в кровь, но грудь оказалась странно твердой и ровной.
Унибук! Пуля попала в спрятанный за пазуху унибук!
Ластик рывком сел, вытащил компьютер.
Прямо посередине переплета, между словами «Элементарная» и «геометрiя» образовалась глубокая вмятина. В ней, окруженная трещинками, засела здоровенная свинцовая блямба. Увы, и противоударность имеет свои пределы. На выстрел в упор компьютер профессора Ван Дорна рассчитан явно не был.
— Чудо! Уберег Господь Своего ангела! — прошептала Соломка, уставившись на книгу расширенными глазами.
— Уберег-то уберег, да надолго ли…
Попробовал раскрыть унибук — не получилось.
Чудесное устройство вышло из строя. Теперь не будет ни справок, ни ответов на вопросы, а самое ужасное — больше нет хроноскопа.
Но убиваться по этому поводу времени не было.
Дверь сотрясалась от выстрелов. Засов уже пробило в двух местах, он держался, что называется, на честном слове. Еще пара попаданий, и конец.
— Принц, принц… — захрипел доктор Келли, шаря руками по окровавленному камзолу. — Помоги мне…
Ластик отбросил бесполезный унибук, подошел к алхимику, двигаясь вдоль стены, чтобы не зацепило выстрелом.
— Мне больно. Мне страшно, — жалобно сказал барон. Вдруг его глаза выпучились, на лице отразилось крайнее изумление. — Тайна… бытия? — пролепетал умирающий. — Это и есть Тайна?!
И умолк. Голова бессильно свесилась набок.
Раздумывать над тем, что такое узрел или понял алхимик в последнее мгновение своей жизни, было некогда.
Во что бы то ни стало подобрать Камень! Даже если обожжешь руку до волдырей!
Ластик подбежал к мерцающему кровавыми отсветами Яблоку. Выковырял его из досок брошенным Ондрейкиным кинжалом. Натянул на кисть рукав кафтана, схватил алмаз и опустил в карман.
Есть!
Что задымился рукав, наплевать. Главное, Камень возвращен.
Но торжество было недолгим.
Ляжку обдало жаром. Раздался глухой стук — и Райское Яблоко покатилось по полу. Оно прожгло карман насквозь!
Ластик стонал от отчаяния, хлопая себя ладонью по тлеющей одежде.
Нет, не унести! Никак!
Дверь дрогнула, покосилась. Засов еще держался, но пулей перешибло одну из петель.
— А ну, навались! Гурьбой! — заорал Шарафудин.
Сейчас ворвутся! И Камень попадет в руки царя Василия. Он знает, что это за штука. Станет искать другого чернокнижника, чтоб добыл ему «всё золото мира»…
И тогда Ластик обошелся с Райским Яблоком непочтительно. Взмахнул ногой и зафутболил его в самый дальний угол, под лавку.
Отрывисто бросил Соломке:
— После забери. Спрячь получше. Чтоб к злому человеку не попал!
«Я, может, за ним еще вернусь», — хотел прибавить он и не прибавил, потому что не надеялся на это.
В несколько прыжков достиг окна. Из разбитого стекла тянуло ночным холодом.






