ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вот уже много лет на свете нет некрасивых людей. Ну, если не считать подростков. На шестнадцатый день рождения каждый получает поистине королевский подарок — прекрасную внешность и идеальное здоров... Красивая Скотт Вестерфельд Часть первая Спящая красавица Не забывайте: самые красивые вещи в мире — самые бесполезные. Джон Рёскин, «Камни Венеции», том 1 ПРЕСТУПНИЦА «Что надеть?» — вот самый сложный вопрос, который приходилось решать каждый день. В приглашении в особняк Валентино насчет дресс-кода говорилось: «полуторжественный», и вот как раз приставка «полу-» выглядела загадочно. Это расплывчатое «полу-» оставляло слишком много неопределенностей, совсем как ночь, на которую не назначено ни бала, ни вечеринки. Особенно тяжело в подобных случаях молодым людям. Для них «полуторжественный» дресс-код может означать как пиджак и галстук (правда, с определенными видами воротников можно обойтись и без галстука), так и «все белое и манжеты навыпуск», если дело происходит летом, а также всевозможные фраки, жилеты, сюртуки, килты или ну очень стильные пуловеры. Правда, если подумать, девушкам такая формулировка тоже покоя ни сулила. Последствия могли быть прямо-таки взрывными — впрочем, в Нью-Красотауне любая формулировка приглашения означала безумную суету вечерних сборов. Тэлли больше нравились торжественные балы, на которые полагалось являться в строгих вечерних нарядах — так называемые «белогалстучные» или «черногалстучные». Да, в таком виде чувствуешь себя не очень-то вольготно, так что и веселье на балу не разгорится до тех пор, пока все не напьются, зато нет нужды ломать голову над тем, что же все-таки надеть. — Полуторжественный стиль, полуторжественный… — твердила Тэлли, вновь и вновь обшаривая взглядом свою необъятную гардеробную. Стойки с одеждой выезжали вперед и убирались внутрь, едва поспевая выполнять команды глазной «мыши» Тэлли, наряды бешено раскачивались на п

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он не легкомысленный, в отличие от нас. Ты это знаешь?

Тэлли улыбнулась и сжала его руку.

— Да, знаю.

— И еще он… некрасивый.

Тэлли кивнула. Она вспоминала, как в Дыме Дэвид всегда смотрел на нее, словно она — красавица. А она порой, глядя на него, чувствовала себя так, словно видит лицо красавца. Может быть, когда она примет настоящее лекарство, эти чувства вернутся. А может быть, они ушли навсегда — но не из-за операции, а просто потому, что их время ушло, и она встретила Зейна, и они так много пережили вместе.

Когда Зейн наконец уснул, Тэлли решила искупаться. Фаусто объяснил ей, как добраться до источника на дальнем склоне горы. Он сказал, что вода там сейчас покрыта тонкой корочкой льда, но что там довольно глубоко и можно погрузиться по шею.

— Ты только захвати с собой куртку с подогревом, — посоветовал он. — Иначе вернуться не успеешь, замерзнешь насмерть.

Тэлли казалось, что лучше умереть, чем оставаться такой грязной, и ей мало было обтереться влажной тряпкой. Кроме того, ей хотелось немного побыть одной, и она надеялась, что, окунувшись в ледяную воду, потом наберется храбрости для разговора с Дэвидом.

Спускаясь на скайборде вдоль склона горы и рассекая предвечерний морозный воздух, Тэлли поражалась тому, как ясно и четко она видит окрестности. Она до сих пор с трудом верила в то, что на самом деле лекарство не принимала; ведь она чувствовала себя такой же просветленной, как обычно. Мэдди что-то говорила насчет «эффекта плацебо» — как будто одной уверенности в том, что ты лечишься, может хватить, чтобы все исправить в твоем мозгу. Но Тэлли понимала, что произошло нечто большее.

Зейн изменил ее. С самого первого поцелуя, еще до того, как он сам принял лекарство, она чувствовала себя просветленной рядом с ним. Тэлли гадала, нужно ли ей теперь принимать лекарство или она сама по себе сможет остаться навсегда такой, как теперь. Мысль о том, чтобы принять капсулу с препаратом, который сожрал часть мозга Зейна, совсем не радовала ее — даже при том, что она могла одновременно принять второе лекарство, вовремя останавливающее действие первого. Может быть, магия Зейна способна помочь ей избежать и того и другого. Теперь они могут помогать друг другу, его мозг бы потихоньку восстанавливался, а Тэлли тем временем не даст себе вернуться в омут красотомыслия.

В конце концов, они проделали вместе такой большой путь. Еще до появления лекарства они сумели изменить друг друга.

Конечно, Дэвид тоже изменил Тэлли. В Дыме именно он уговорил ее остаться там, такой как есть, не возвращаться в город. За две недели, прожитые в Дыме, мир для Тэлли стал иным, а все началось… когда же все началось? С первого поцелуя с Дэвидом.

— Везет же мне, — тихо проговорила Тэлли. — Спящая Красавица с двумя принцами.