25 июня 1570 года, на рассвете, даже не сняв ночной рубашки, король прямо из постели, босиком, направился в большую залу, куда вызвал свою мать, герцога Анжуйского и кардинала Лотарингского. Дав выход своей ярости, Карл IX велел, чтобы герцог де Гиз не пялил больше глаз на первую деву Франции. Пусть кардинал позаботится довести до сведения всего своего семейства, что никакое жениховство с королевским домом не пройдет. Выдернутая из постели, Маргарита также явилась пред ясны очи короля в сопровождении графа и графини де Рец. Графиню король отослал, а графу велел встать у дверей и никого не впускать.
Разговор перешел в крик.
Страсти разгорелись такие, что герцог Анжуйский и кардинал предпочли улизнуть из залы. Маргарита осталась с королем и Екатериной. Она пробовала защищаться. Ее амуры с герцогом де Гизом — это гнусные измышления, «рожденные в лавке месье дю Гаста». Но Карл и королева-мать держали в руках злосчастное письмецо, которое не оставляло никаких сомнений ни в чувствах Маргариты к ненаглядному де Гизу, ни в характере их любовных встреч. Екатерину и ее сына переполнила такая злоба, что они набросились на Марго с кулаками и стали рвать ее одежды. Потом Екатерине понадобится добрый час, чтобы скрыть следы этого побоища и вернуть дочери презентабельный внешний вид, прежде чем отправить ее к себе.
Но еще не скоро уляжется гнев короля. Неуравновешенность Карла часто доводила его до буйных припадков, когда исступление граничило уже с садизмом. Ничто не возбуждало его так сильно, как вид крови. Достаточно было увидеть, с каким сладострастием он вонзал на охоте свой кинжал в горло оленухи. В этот день, 25 июня, он, увы, был не спокойнее обычного. Прямо с утра король вызвал своего сводного брата, графа Овернского, будущего графа Ангулемского, внебрачного сына Генриха II, и приказал ему убить герцога де Гиза на предстоящей псовой охоте. Да так, чтобы представить убийство как несчастный случай. И в каких выражениях он говорил об убийстве! Это была не речь короля, а откровенная брань:
— Из этих двух шпаг, которые ты видишь, одна умертвит тебя, если завтра, когда я отправлюсь на охоту, ты не убьешь герцога де Гиза.
Неведомыми путями Маргарита проведала о приказе короля. Быть может, от герцога Алансонского, который весьма ревниво воспринимал мнимый союз своего брата Анжу и Маргариты? Как бы там ни было, Марго поспешила предупредить своего милого. Генрих де Гиз должен был любым способом уклониться от участия в охоте. Осторожный герцог исчез и появился при дворе лишь несколько дней спустя. Когда он преклонил колени перед Карлом IX, тот положил руку на эфес своей шпаги и грубо набросился на него:
— Зачем вы явились?
— Я прибыл служить Вашему Величеству.






