ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Осенью 2006 года вышла книга Сергея Ермакова "Час расплаты изменить нельзя". В оригинале роман назывался "Подмена", что по мнению автора более соответствовало содержанию.Скромная уборщица роддома... Подмена Сергей Александрович Ермаков 1 Тетя Маша привыкла просыпаться под мажорные аккорды Государственного Гимна Советского Союза. Только лишь ее дремлющий мозг различал сквозь крепкий сон слова третьего куплета главной песни страны, веки начинали подергиваться, а грудь издавала тяжелый вздох, означающий, что сейчас снова придется браться за ведро, тряпку и швабру и намывать длинные коридоры элитного роддома. Но пока еще она дремала — ведь впереди был еще припев и несколько лишних секунд сна. А уже когда слаженный хор, наконец, допевал: «Партия Ленина, сила народная нас к торжеству коммунизма ведет!», рука тети Маши автоматически тянулась к стоящей неподалеку швабре. Она поднималась с топчана, на котором дремала, на ощупь брала орудия своего труда и выходила в коридор. Два раза в сутки она вставала под звуки гимна — один раз рано утром, чтобы успеть вымять полы до прихода начальства и второй раз ночью в двенадцать часов, после того как по радио на сон грядущий советским гражданам исполняли гимн — она снова мыла полы. За стенами роддома было тихо и тепло. Из открытого окна веяло теплым воздухом бабьего лета. Тетю Машу бабье лето не радовало, и вообще ничего в жизни не радовало, не радовал даже тот факт, что недавно она родила крепенького здорового мальчика и назвала его Антоном. Другая бы сидела в декрете до трех лет, а тетя Маша не успев отойти еще от своих тяжелых родов, снова взялась за швабру и ведро. Хорошо еще что главврач А куда деваться? Новорожденного малыша ведь с мужем алкоголиком в крохотной комнатушке в общежитии не оставишь — уморит его папаша голодом и будет сын описанный и обкаканый орать в своей кроватке благим матом. Ведь нет его папаше никакого дела до м

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— А вы два придурка не могли за ней уследить! — огульно обвинял во всех грехах своих бандитов.

— Ты с ней спишь, ты и следил бы, — хмуро буркнул Клоун, — говорил я, ее еще тогда вместе с Жупелом прикончить надо было.

— Что? — подскочил Слива. — Ты мне советуешь? Ты забыл из какого говна я тебя вытащил, тебе бутылку пива не на что было купить, жил на пособие по безработице. Забыл?

Лицо Клоуна передернулось, побледнело, рот вспенился, Клоун упал и забился в конвульсиях. Последнее время такие срывы с ним случались частенько из-за неумеренного злоупотребления алкоголя, жизненных стрессов и отсутствия врачебной помощи его контуженому мозгу. Моча испугался, стал силой удерживать напарника, прижимая к полу, чтобы тот случаем не разбил себе голову.

— Да оставь ты его! — прикрикнул Слива. — Не до него сейчас!

Он рухнул на диван и обхватил голову руками. Так он сидел неподвижно минут десять, пока Клоун не затих и не стал громко и натужно кашлять, сплевывая тягучую слюну прямо на стену и пол.

— Надо сваливать отсюда, — произнес наконец Слива, — она нас ментам могла сдать, сука. Собираемся!

Они вышли на улицу и направились к своему автомобилю. Но внезапно Слива переменил решение.

— На нашей машине не поедем, она наверняка уже «спалена», тормознем такси, — сказал Слива.

— Так бабок же голяк, — развел руками Моча, — как же мы расплатимся за проезд?

— Ты, Моча, как скажешь иногда какую-нибудь херню, так я не знаю правда ты дурак или прикидываешься, — сквозь зубы проговорил Слива.

Он вышел на трассу и притормозил проезжающую желтую машину.

— Куда едем? — приветливо спросил водитель, когда Слива распахнул дверцу.

— Куда скажем, — ответил ему Слива, садясь вперед и ткнул ему под нос пистолет.

— Все ясно, — спокойно произнес шофер.

— Что тебе ясно? — завелся Слива. — Что тебе ясно?

— Что едем куда скажете, — ответил водитель, — и что проезд за счет нашей фирмы.

— Много говоришь! — буркнул Слива. — Езжай!

Клоун и Моча тем временем расселись позади.

— Куда ехать-то? — спросил водитель.

Слива не знал куда ему ехать, планов у него не было никаких, в голове пусто и поэтому он приказал:

— Пока вперед езжай, а там увидим…

Таксист завел машину и поехал. Слива, нервничая, кусал ногти на руках.

— Из города рвать надо, — сказал Клоун, бледный после приступа, — рвать надо отсюда!

— Куда рвать-то? — рассердился Слива. — Бабла ни копейки, все эта сука подмела, даже на пиво не оставила. Куда мы будем «рвать» с пустыми карманами?

С этим доводом трудно было не согласиться. Они ехали по широкому проспекту и решение на ум Сливе пришло неожиданно.

— Разворачивай! — приказал он водителю.

— Тут сплошная полоса, — попытался спорить таксист, — здесь нельзя.

Терпение Сливы лопнуло и он двинул кулаком водителю в ухо.