ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Э.В. Ильенков: личность и творчество. Москва, 1999, с. 202-244... Эвальд Васильевич Ильенков Спиноза (материалы к книге) Э.В. Ильенков: личность и творчество Москва Наука 1999 Э.В. Ильенков: личность и творчество. Москва, 1999, с. 202-244 Даже у философов, которые придали своим работам систематическую форму, как, например, у Спинозы, действительное внутреннее строение его системы совершенно отлично от формы, в которой он сознательно ее представил К. Маркс Что касается философии Спинозы, то она очень проста и в целом ее легко понять Г.В.Ф. Гегель Спиноза и философия Не только каждая нация, но и каждая эпоха вырабатывает свой язык, в котором она выражает себя, свой неповторимый облик, свой мир, свой кругозор. И при переводе с языка на язык обязательно что-то утрачивается и что-то приобретается – перевод всегда чем-то отличается от оригинала, несмотря на мучительные усилия переводчика подыскать те единственно точные слова и обороты речи, которые оформили бы в иноязычном сознании совершенно эквивалентные образы и понятия. А иногда перевод и вовсе становится невозможным, даже в пределах одного и того же национального языка. Попробуйте перевести учебник «сопромата» на язык первоклассника – это так же неосуществимо, как и перевод лирики Петрарки или Пушкина на убогий жаргон любителей «прошвырнуться с девочками по Бродвею»... Ибо люди, говорящие на этих разных языках, живут в совершенно разных, непохожих друг на друга, мирах, хотя в пространстве и времени они – соседи, живущие не только под одним и тем же небом, но даже, может быть, и под одной крышей. Да, школьник не поймет Эйнштейна, а «чувак» – Петрарку. В его «языке» попросту нет эквивалентных терминов. Конечно, «термины» он может и выучить – но только как попугай или граммофон. Смысл и значение этих терминов для него останутся неведомыми, так как в том мире, в котором он живет, нет соотв

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но «сомневаться»

– разве не то же самое, что

мыслить?

Можно сказать поэтому так:

Я МЫСЛЮ, СЛЕДОВАТЕЛЬНО, – СУЩЕСТВУЮ.

Cogito ergo sum.

И это уж несомненно.

Это уж факт, самоочевиднейший факт, выраженный в виде теоретической

истины. И ты, мой читатель, согласишься со мною тоже на сто процентов, если только

тщательно покопаешься в своей собственной душе. Эта истина и для меня, и для

тебя, и для любого мыслящего существа одинаково достоверна.

Поэтому положим ее смело в основание всех своих дальнейших размышлений

и двинемся дальше, шаг за шагом, ничего не пропуская, ничего не упуская из виду

и всегда стараясь проверить на собственном опыте – а так ли это?..

И – что очень важно – будем сосредоточивать свое внимание на вещах,

подлежащих рассмотрению, а не на словах, с помощью которых эти вещи обычно описываются.

«Ввиду того, что мы связываем наши понятия с известными словами,

чтобы выразить их устно, и припоминаем впоследствии слова легче, нежели вещи,

то едва ли понимаем когда-нибудь какую-либо вещь настолько отчетливо, чтобы отделить

понятие о ней от слов, избранных для ее выражения. Внимание почти всех людей

сосредоточивается скорее на словах, чем на вещах, вследствие чего они часто пользуются

непонятными для них терминами и не стараются их понять, ибо полагают, что некогда

понимали их, или же им кажется, будто они их получили от тех, кто понимал значение

этих слов, и тем самым они тоже его узнали...»

[6]

Будем, насколько это возможно, четко и точно определять смысл и

значение каждого словечка, которым мы пользуемся, чтобы чисто словесные споры

не загораживали от нас споров о существе дела, о самих вещах. Иметь «понятие»

– значит

точно знать вещь

, а вовсе не слово, которое ее обозначает.

Особенно важно помнить об этом, когда речь заходит о таких важных

вещах, как «душа» или «мышление» (интеллект, разум, рассудок), ибо слишком часто,

увы, под этими словами понимают бог знает что – все что угодно, никогда не стараясь

отдать себе отчет в смысле этих слов, то и дело применяя их то к одной, то к

другой, совсем не схожей с ними вещи.

Я же, Декарт, рассмотрев вопрос настолько тщательно, насколько

это было для меня возможно, пришел к выводу, что «интеллект» (ум или мышление,

как чистое действие «души») надо четко отличать от Воображения, которое рисует

нам всевозможные вещи – как существующие на самом деле, так и никогда не существовавшие

нигде, например кентавров или левиафанов. Интеллект же специально расследует,

какие из образов, возникающих внутри нас самих, «адекватны самим вещам», тому,

что есть на самом деле, а какие есть только призраки нашей собственной фантазии,

абсолютно непохожие на то, что существует «на самом деле», – вне нашей фантазии,

независимо от капризов нашего Воображения.