ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Где и когда происходили эти события, не так важно.Это могло случиться в любом месте России.Мэр провинциального городка застрелен на глазах депутата областного совета. Будет ли когда-нибудь раскрыт... Изнанка Александр Андреевич Бялко Предисловие Так получилось, что как только я стал взрослеть, меня сразу обидели журналисты. На страницы «Московского комсомольца» я попал в 1968 году, когда это была еще настоящая комсомольская газета. Я получил со страниц прессы незаслуженную, как мне казалось, выволочку за попытку создания самоуправления в старших классах московской школы № 612. Впрочем, сейчас газеты такого же мнения о демократии, как и при Брежневе. Но теперь, когда меня обзывают демократом, мне это не так обидно, как в далекой юности. Когда я повзрослел и стал физиком, мне почему-то захотелось играть в «Что? Где? Когда?». Передача была безумно популярна у народа, но вызывала подсознательную ненависть тогдашнего партийного начальства. Ее закрывали, ведущего Владимира Ворошилова выгоняли с телевидения, а нас, простых участников программы, просто поливали грязью в газетах. Тогда у меня и появилась желание понять, кто же такие журналисты – властители умов, и как они управляют своим волшебным даром. Последней каплей стало то, что моя дочь втайне от меня записалась в Школу молодого журналиста и, как я случайно узнал, слушая радио, делала репортажи в «Пионерской Зорьке». Я решился на поступок – сам пошел учиться на журналиста. На вечерний, конечно, без отрыва от ядерной физики. Среди поступивших было человек пять таких, как я. Физик, математик, биолог и следователь. Остальные уже работали в газетах и журналах, и им нужны были только корочки. Мы же хотели овладеть секретами журналистской профессии. Там я познакомился с Парамоном Чернота, друзья звали его просто Паша. У него всегда лежала душа к журналистике, и обрушившаяся на нас волна свободы дала ему шанс поменять професс

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Спорщики быстро разошлись, а Андрей заглянул в туалет и долго разглядывал потолок: где же поместилась видеокамера? Так и не нашел.

Все на свете имеет начало и конец. Снова забегали стюардессы, а пассажиры с радостью расселись по местам и стали ждать долгожданной посадки. Затем и нос самолета нагнулся вниз. Ярко сверкало солнце. В иллюминатор видны были океан и тропические острова с пальмами – такое он раньше видел только по телевизору. И в это время Андрей заснул. Дело в том, что спать во время перелета ему не давал спортивный режим. Сейчас в далекой Москве наступила ночь, и пришло время спать. Очнулся он от того, что тренер тряс его за плечо.

– Вставай, приехали.

Все остальное с Андреем происходило как бы во сне. Мелькали дома, пальмы, виллы. То, открывая глаза, он видел океан, то – огромные свалки, на которых копошились потомки великих ацтеков. Он снова погружался в дрему и не понимал, во сне это происходит или наяву. Как лунатики, спортсмены заполняли бумажки в отеле и разбредались по комнатам.

– Через пятнадцать минут собираемся в холле! – строго приказал главный тренер.

Андрей добрался до номера и рухнул на кровать. Проснулся от звонка.

– Да иду, иду, – и снова задремал.

Так было еще три раза. Наконец он превозмог себя, плеснут в лицо холодной водой и поплелся к лифту.

Вместо пятнадцати минут собирались час. Рассевшись перед тренером, большинство кимарило на стульях. Остальные пытались прийти в себя и пили кофе в баре, но кофе не помогал. Тренер, поглядев на свое войско, пошел говорить с Москвой. Слышно было, как он что-то кричал за дверью, а потом, пошептавшись с врачами, младшими тренерами и начальником команды, объявил:

– Сегодня ничего не будет, идите спать. Завтра у нас экскурсия. Едем смотреть древнюю столицу ацтеков или как ее там – Теотиукан. Придете в себя, силы надо будет восстанавливать, а пока отдыхайте.

Андрей вернулся в номер, снова упал на кровать и заснул. Проснулся он, когда за окном чернела тропическая ночь. Не спалось. Он смотрел в пустой потолок и не мог уснуть. В Москве начиналось утро. Он оделся, умылся, побрился, но это не помогло. Посмотрел телевизор на непонятном испанском. Побродил по отелю и даже вышел наружу из прохлады кондиционеров в невыносимо душную жару тропического города. В холле встретил своих коллег по сборной, которые так же, без цели, как сомнамбулы, бродили по пустому ночному отелю. Потом все снова разбрелись по номерам и лежали на кроватях, глядя в потолок. Встали ни свет ни заря и бодро пошли завтракать. Настроение было прекрасное, жара к рассвету спала, и был короткий миг утренней прохлады. Сели завтракать на открытой веранде. Аппетит у всех был волчий, и даже главный тренер перестал хмуриться и шутил.