Он вновь ощутил себя в шкуре Бьорна, идущего на дно в тяжелой кольчуге; вспомнил, каково это, когда боль ослабевает, уступая место безразличию. Все кончено, ему не спастись; осталось только уйти под воду, умереть как можно скорее.
Скай повалился ничком на свой рюкзак. Из последних сил запустив туда руку, он нашарил то, что искал, и швырнул перед собой. Ледяные пальцы мгновенно разжались. Скай остался лежать на могильной насыпи, задыхаясь и кашляя.
Он долго приходил в себя; затем, немного отдышавшись, подобрал с земли брошенный предмет и тяжело поднялся, хватаясь за надгробную плиту. Держа перед собой мешочек с рунами, Скай наконец набрался духу заговорить:
— Он разбудил тебя с помощью этих камней?
Скай знал, что драуг кивнул бы, будь у него голова.
— Смерть, которой ты жаждешь… О которой ты говорил тогда у замка. Это ведь не моя смерть?
Они будто вновь оказались на уличном рынке, среди зеркал, в которых отражалась лишь пустота. Если бы Скай носил часы, в этот миг их стрелки бы замерли. Здесь, в кладбищенской тиши, он понял, что время остановилось, по тому, как стих ветер в тисовых ветвях и смолкла птица, затянувшая было утреннюю песню.
Скай ждал ответа в полном молчании.
— Ведь не я должен умереть? — повторил он шепотом, так и не дождавшись ответа.
Серое марево под капюшоном едва заметно дернулось, словно невидимая голова отрицательно качнулась из стороны в сторону.
Если раньше Скай сомневался, то теперь все стало ясно.
— Ну конечно! — Он тихонько присвистнул. — Речь шла о тебе. Ты хочешь вернуть собственную смерть?
Он подался вперед, и руны звякнули в мешочке. Заслышав этот звук, драуг скорчился, будто под ударом хлыста, и отшатнулся назад, в густой мрак.
— Не бойся, — успокоил его Скай. — Я не хочу до них дотрагиваться. По крайней мере, не больше твоего.
Он вытащил из рюкзака короткую складную лопату и копал между тисами, пока заступ не ударился о камень — на этот раз не могильный. Рядом как раз пролегала кладбищенская стена. Не самое удачное место, но выбирать не приходится. Скай хотел как можно скорее расстаться с рунами. Они принадлежали деду и повиновались его воле — ведь именно он вдохнул в них силу. Впрочем, теперь с ними связана и судьба Кристин, поэтому они с Сигурдом так стремятся заполучить волшебные камни. К тому же Скай опасался, что теперь руны действуют как маячок, сообщая о его местоположении каждый раз, когда он к ним притрагивается. А меньше всего на свете ему хотелось, чтобы старик следил за ним.
Забросав кисет землей, он выпрямился и стряхнул с ладоней комья глины. Драуг неподвижно стоял на прежнем месте.
Скай только что скинул тяжкую ношу. Нет, он никогда не использовал руны — наоборот, они управляли им, подчиняясь приказам Сигурда.
Теперь следует избавиться от другого бремени.






