ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Однажды Скай невольно сделался соучастником преступления. Овладев магией рун, он помог своему предку Сигурду выпустить на волю чудовищные силы смерти. Хуже того, проклятый норвежец переместил своег... Вендетта Крис Хамфрис ГЛАВА 1 ОТРЯД СМЕРТИ Ему снились руки. Его собственные руки. На тыльной поверхности правой кисти красовались четыре глубокие ярко-багровые царапины, еще совсем свежие; на левом указательном пальце не хватало кончика — он был отрезан. Принесен в жертву. Руки тянулись и тянулись вперед… К чему? Все вокруг скрывал наводящий ужас туман, а он упорно продвигался в серую неизвестность. Ладонь скользнула по чему-то мягкому, словно бы по меху, — послышалось рычание. Кто-то схватил Ская за плечо. Новый звук, но его издает не зверь. Кричал человек, кричал нечто невразумительное. Скай очнулся, тяжело дыша, инстинктивно вцепившись в руку, что держала его во сне. Он широко раскрыл глаза, и в первое мгновение показалось, будто прямо над головой нависает мохнатая шкура. Сфокусировав взгляд, Скай понял: то, что он принял за шерсть, на самом деле является бородой. И борода, и ее владелец провоняли сигаретным дымом. Водитель автобуса с силой тряс Ская. — Descendez! Descendez! Nous sommes arrivés! [1] — Сартен? — Oui. Oui. Sartène. Как вы говорит? Конец маршрут. — Последние слова мужчина пробурчал по-английски, затем качнул пальцем. — Allez-y! [2] Рюкзак Ская уже стоял на земле рядом с автобусом. Водитель вышел следом за пассажиром и принялся закрывать багажный отсек. — Uh, monsieur, s’il vous plaît? Ou est le…’ostel? [3] Все лето Скай совершенствовал свой французский, просиживая за книгами в библиотеках и слушая аудиокурсы, но сейчас, в половине третьего ночи, все выученные слова вылетели из головы. Однако он заметил: чтобы тебя понимали, достаточно грассировать и говорить с мрачным надутым видом. — Pour l’auberge? Là-bas! Mais a cette heure, c’est fermé, je croi. [4]

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он поднимался из зарослей маки под деревом, словно мачта корабля, — пастуший посох с загнутой рукояткой из козлиного рога. Очень похожий на посох из видения, посетившего Ская у менгиров.

— Иса, — прошептал он. — Опять ты.

Присмотревшись внимательнее, он обнаружил, что кто-то — вряд ли художник — испортил часть великолепного рисунка. Однако было отчетливо видно, что посох будто вырастает из коробки или ящика, наполовину скрытого в гуще кустов. Странный ящик — на нем имелось что-то вроде полозьев. Сани? Вроде нет.

— Колыбелька, — догадался Скай, ведя пальцем по ее неясным очертаниям.

Довольно странно видеть такую вещь в удаленной от поселений пещере. Может, ее изобразил старый пастух, скучающий по внукам?

Скай окинул взглядом помещение: земляной пол, никаких удобств, но руна свидетельствовала: это то самое место, куда он так стремился.

Развернув скатку и расправив спальный мешок, он нагнулся, чтобы положить их вдоль внутренней стены, и заметил кое-что как раз над тем местом, где должна была располагаться его голова. Пятно почти абсолютной тьмы. Посветив фонариком, Скай обнаружил квадратное углубление в камне.

«Да это же буфет, — подумал он. — Буду хранить там еду».

Внутри что-то мерцало. Чтобы узнать, что же это такое, Скаю пришлось засунуть руку по самое плечо, да еще и повернуться немного вбок. Наконец пальцы дотянулись. Он подцепил находку и принялся вытягивать, но на полпути она выскользнула и упала с легким звоном. Скай снова протянул руку как можно дальше и ухватил пальцами неизвестный предмет…

Его будто ударило током — отшвырнуло назад, и он с силой врезался спиной в кладку внешней стены, скрючился возле нее, тяжело дыша не только от боли, но и от полученного при соприкосновении с предметом шока. Тем не менее сама вещица была крепко зажата в правой руке. Скай даже не мог пошевелить пальцами: ощущение было такое, будто они приварились к находке. Однажды юноша уже испытал подобное с рунным камнем, но сейчас жар не шел. Напротив, руку сковал холод.

Поначалу Скай подумал, что держит сосульку. Действительно, предмет был бесцветным, имел похожую форму, сужаясь к одному концу, да и ладонь морозил изрядно. Однако при ближайшем рассмотрении это оказался камень, только почти прозрачный.

Внутри него что-то двигалось: тени, медленно обретавшие форму. Две фигуры смокнулись, потом разошлись, чтобы соединиться вновь; почти слились в одну и снова расстались. Одна скрылась в темноте, вторая растаяла в белом облаке. Свет исчез, и камень снова стал просто камнем.

Скай выпустил его. Ему уже приходилось держать в руках предметы, которые показывали картины прошлого и того, что еще только может случиться. Руны сами по себе являлись сгустками энергии, которая только ожидала высвобождения.