Порасспрашивав Ли о том, что ей нравилось в этой группе, Бедерман вернулся к своей прежней линии:
— А какие у Программы есть недостатки?
— Я думаю… я думаю, она недостаточно быстро распространяется.
Уилл издал возмущенный сдавленный возглас и изо всех сил сжал зубы.
— Хорошо, — сказал Бедерман. — Это честный ответ.
Ли с силой почесала свою сыпь сквозь ткань водолазки Дрей:
— И может быть… может быть, мне хотелось бы, чтобы она была более снисходительной. — В глазах Ли мелькнула паника. — Но это всего лишь моя слабость…
— Нет, — возразил Бедерман, — это тоже прекрасный ответ. — Он провел рукой по своей аккуратной бородке. — А есть что-нибудь, что заставило бы тебя задуматься об уходе из Программы?
Ответ последовал немедленно:
— Нет.
— Совсем ничего? Ну же, используй свое воображение. Это необязательно должно быть что-то реальное. Например, представь, что ты узнала, что они планируют массовое самоубийство или собираются заняться распространением детской порнографии.
— Или истреблением коренной народности Гватемалы? Это невозможно. ТД на это не способен, как и все мы.
Уилл издал раздраженное восклицание, а Бедерман только улыбнулся:
— Хорошо, хорошо. — Он несколько раз задумчиво кивнул. — Если бы ты никогда не встретила ТД — если бы ТД и Программы вообще не существовало и ты могла бы заниматься тем, чем хотела, что бы ты стала делать?
Ли покусала нижнюю губу, несколько минут подумала и так подвинулась на стуле, что теперь практически балансировала на одном бедре. Ее глаза наполнились слезами, и она сказала дрожащим шепотом:
— Не думаю, что хочу сейчас отвечать на этот вопрос.
Уилл сказал:
— Мы все собрались здесь для того, чтобы ты отвечала…
— Мы пригласили ее. Она пришла сюда по нашему приглашению, и она имеет право задавать нам вопросы, а не только отвечать на те вопросы, которые мы задаем ей. — Голос Бедермана звучал все так же мягко, но в нем появились какие-то новые едва уловимые нотки. Похоже, Уилл все-таки наткнулся на человека, не уступающего ему по жесткости натуры.
Взгляд Ли стал холодным:
— Вы ничего не знаете о ТД. Он знает, что нужно людям. Вы просто слишком слабы, чтобы понять это.
В своем углу Реджи вдруг резко поднял голову. Он сидел так тихо, что Тим почти про него забыл:
— Я тоже так думал, — сказал Реджи. — Правда.
Ли повернулась на стуле, чтобы видеть его. Ее губы зашевелились, но она ничего не сказала.
Реджи откинулся назад, вжимаясь плечами в стену, словно хотел с ней слиться:
— Да, я тот единственный счастливчик, который выбрался оттуда. И вот что я тебе скажу: если бы ты была избранной, ты бы стала вести себя так, как ведет себя он? Ломать людей через коленку? Забирать у них все деньги? Заставлять девственниц будить себя по утрам, руками доводя до оргазма?
Эмма вся обмякла на стуле.






