ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Гайдзин» — это последний роман японской саги Джеймса Клавелла. Будучи продолжением «Тай-Пэна», он принимает сюжетную эстафету в 1862 году. В стране появляются гайдзины (иностранцы), горящие желани... Гайдзин Джеймс Клавелл Титульный лист — Au secours… a l'aide, помогите! Улица была почти пустынна, большинство жителей Поселения отдыхали после обеда, зевали над счетами в своих конторах или развлекались в увеселительных заведениях за оградой. — Помогите! — выкрикивала она снова и снова, и те немногие, кто оказался в этот час на променаде, большей частью британские торговцы и свободные от службы солдаты и моряки, да ещё несколько слуг-китайцев удивленно подняли на неё глаза. — Господь Вседержитель, погляди-ка туда! Это же та девчонка, из Франции которая… — Что с ней такое? Бог мой, ты посмотри на её одежду… — Во-во, она самая, такую не скоро забудешь. Ангельские Грудки её прозвали, приехала пару недель назад… — Верно, её зовут Анжелика… Анжелика Бичо или Ричо, какое-то такое имя, чёрт их там разберет, этих лягушатников… — Господи, да она вся в крови! Люди начали стекаться к ней, кроме китайцев, которые тут же исчезли, умудренные тысячелетним опытом встреч с неожиданными опасностями. В окнах домов замелькали встревоженные лица. — Чарли, ну-ка давай за сэром Уильямом, быстро! Боже Всемогущий, посмотрите на её лошадь, бедолага сейчас истечет кровью, позовите ветеринара, — выкрикнул дородный торговец. — А вы, солдат, быстро вызовите генерала и Главного Лягушатника, он её опекун… о, ради бога, да посланника же, французского посланника. Торопитесь! — Он нетерпеливо ткнул пальцем в одноэтажное здание, над которым развевался французский флаг, и проревел: — Бегом марш! Солдат со всех ног бросился в указанном направлении, а сам торговец тяжелой трусцой заспешил к девушке. Как и все торговцы, он носил цилиндр, суконный сюртук, тесные, в обтяжку, штаны, туфли, и обильно потел на отк

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Анжелика поступает правильно, что склоняется перед Тесс, думал он, не то чтобы у неё был какой-то выбор. Он рассеянно опустил руку в карман, убедившись, что её письменное согласие по-прежнему там.

Печально вышло с Малкольмом, даже трагично. Бедный Малкольм, прилежно трудиться всю жизнь ради чего-то, что никогда не будет ему принадлежать, чем ему никогда не суждено было стать. Малкольм Струан — тайпэн, который никогда им по-настоящему не был, — всю свою жизнь он провел как страдающий снежной слепотой человек, искавший в злую метель белую палатку, которой там никогда и не было.

— Печально вышло с Малкольмом, вам не кажется? — Но Горнта рядом уже не оказалось. Хоуг обернулся и увидел его на палубе: Горнт стоял спиной к Иокогаме и смотрел на «Красотку» впереди, он был без шляпы, ветер играл его волосами.

Почему эта улыбка и что за ней кроется? — спросил себя Хоуг. Такая жестокая и вместе с тем… Есть в этом молодом человеке нечто странное. Кто он, будущий король или человек, отважившийся на цареубийство?

Большинство людей, оставшихся на причале, разошлись. Анжелика стояла рядом с Морин под фонарем, глядя на «Красотку» и исчезающий в темноте катер. Вскоре они остались одни, не считая Чена и Варгаша, которые тихо переговаривались друг с другом, ожидая возвращения катера компании, чтобы разгрузить его, если понадобится, и по собственной инициативе присматривая за обеими женщинами.

— Морин… — Анжелика взглянула на неё. Её очаровательная улыбка угасла, когда она заметила глубоко несчастное выражение на лице своей новой подруги. — Что случилось?

— Ничего. Впрочем, нет, это… нет, в самом деле, не стоит вам переживать. Просто… просто я целый день не видела Джейми, он был так занят, а я… а у меня было нечто важное… — Она не договорила.

— Я подожду вместе с вами, если хотите. Даже лучше, Морин, почему бы вам не пойти со мной? Давайте подождем в моей комнате, мы будем смотреть из окна. Когда покажется катер, у нас останется ещё много времени, чтобы выйти и встретить его.

— Наверное, я… ну, наверное, я лучше подожду здесь.

Анжелика твердо взяла её за руку.

— В чем дело? Что случилось, могу я помочь?

— Нет, не думаю, дорогая Анжелика. Это, это просто, это просто… — Морин вновь замолчала в нерешительности, потом, запинаясь, выговорила: — О боже, я не хочу обременять вас, но его, Джейми то есть, его любовница приходила ко мне сегодня днём.

— Из Ёсивары?

— Да. Она пришла, чтобы поклониться, выразить почтение и сказать мне, чтобы я не беспокоилась, потому что все это время она ухаживала за ним превосходно, а также спросить, следует ли ей в будущем присылать мне счет каждый месяц или раз в год.

Рот у Анжелики беспомощно открылся.

— Она это спросила?

— Да. — В свете масляного фонаря лицо Морин было зеленым, слова застревали у неё в горле.