ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Гайдзин» — это последний роман японской саги Джеймса Клавелла. Будучи продолжением «Тай-Пэна», он принимает сюжетную эстафету в 1862 году. В стране появляются гайдзины (иностранцы), горящие желани... Гайдзин Джеймс Клавелл Титульный лист — Au secours… a l'aide, помогите! Улица была почти пустынна, большинство жителей Поселения отдыхали после обеда, зевали над счетами в своих конторах или развлекались в увеселительных заведениях за оградой. — Помогите! — выкрикивала она снова и снова, и те немногие, кто оказался в этот час на променаде, большей частью британские торговцы и свободные от службы солдаты и моряки, да ещё несколько слуг-китайцев удивленно подняли на неё глаза. — Господь Вседержитель, погляди-ка туда! Это же та девчонка, из Франции которая… — Что с ней такое? Бог мой, ты посмотри на её одежду… — Во-во, она самая, такую не скоро забудешь. Ангельские Грудки её прозвали, приехала пару недель назад… — Верно, её зовут Анжелика… Анжелика Бичо или Ричо, какое-то такое имя, чёрт их там разберет, этих лягушатников… — Господи, да она вся в крови! Люди начали стекаться к ней, кроме китайцев, которые тут же исчезли, умудренные тысячелетним опытом встреч с неожиданными опасностями. В окнах домов замелькали встревоженные лица. — Чарли, ну-ка давай за сэром Уильямом, быстро! Боже Всемогущий, посмотрите на её лошадь, бедолага сейчас истечет кровью, позовите ветеринара, — выкрикнул дородный торговец. — А вы, солдат, быстро вызовите генерала и Главного Лягушатника, он её опекун… о, ради бога, да посланника же, французского посланника. Торопитесь! — Он нетерпеливо ткнул пальцем в одноэтажное здание, над которым развевался французский флаг, и проревел: — Бегом марш! Солдат со всех ног бросился в указанном направлении, а сам торговец тяжелой трусцой заспешил к девушке. Как и все торговцы, он носил цилиндр, суконный сюртук, тесные, в обтяжку, штаны, туфли, и обильно потел на отк

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Может, он написал про Затмение Луны, а?

— Это всего лишь слухи.

Чен промолчал, держа этот секрет при себе, как приказал «Благородного Дома» Чен после смерти Малкольма.

— Что бы ни случилось, тайтай Тесс сотрет мисси-тайтай и чужеземного дьявола из Шанхая в порошок.

— О? Что ты такого слышал?

Чен закатил глаза.

— Тайтай Тесс теперь тайпэн, так говорит «Благородного Дома» Чен — он известил нас об этом с последней почтой и сказал: «Берегитесь». Ты когда-нибудь слышал об императрице, которая отказалась бы от власти, однажды получив её? О любой женщине, раз уж на то пошло? Никогда за все пятьсот веков истории. Она теперь тайпэн, так говорит «Благородного Дома» Чен, а уж он-то должен знать.

— А я думал, тайпэном должен стать Альберт из Шанхая.

— Никогда. Она и его сотрет в порошок — Старый Зеленоглазый Дьявол навязал его и его брата «Благородному Дому». Ходят слухи, что тайтай Тесс ненавидит их, потому что они незаконнорожденные ублюдки, произведенные на свет дочерью чужеземного миссионерского дьявола от самого Зеленоглазого Дьявола — той самой, у которой была куча любовников.

— Женой начальника гавани Глессинга? Мэри Синклер? Никогда!

— Может быть, это и правда. Она дюжину раз заставляла Одноногого Глессинга носить зеленую шляпу.

— Наставляла ему рога? Это ещё одна выдумка, — уверенно заявил Варгаш, оберегая её репутацию, как и все из её бывших любовников. Теперь ей уже за сорок, красота её померкла, но она все так же ненасытна, подумал он, полная противоположность Тесс Струан, которая всей душой ненавидит соитие и довела своего мужа Кулума до пьянства и других женщин. — Тайтай Тесс следовало бы выйти замуж за тайпэна, а не за его сына Кулума. Он смог бы смазать её Золотые Врата по-королевски, чего ей всегда по-настоящему недоставало, и его с лихвой хватило бы и на вторую жену, Мэй-мэй, и на третью жену, Йэн Хси.

— Верно, — кивнул Чен, — тогда мы были бы сильны, имея множество сыновей для продолжения дела, а не ослабели бы и не спасались бегством от Одноглазого Дьявола Брока. — Он добавил, сделав зловещее лицо: — «Благородного Дома» Чен встревожен.

— Жаль, что Номер Один Сын Малкольм умер так, как умер.

— Боги находились в отлучке в тот день, — с мудрым видом заметил Чен. — Слушай, ты поклоняешься богу чужеземных дьяволов, он не говорил тебе, почему боги проводят больше времени в отлучке, чем присматривая за нашими делами?

— Боги есть боги, они говорят только друг с другом… смотри, «Красотка» отправляется…

Морин сказала:

— «Красотка из Атланты» отправилась в путь, Анжелика.

Бог ей в помощь, подумала Анжелика, щурясь от легкого ветра; корабль двигался в темноте едва различимой тенью.

— А вон и катер.

— Где? Боже мой, какие у вас острые глаза, я его чуть вижу. — Анжелика по-дружески сжала руку Морин.