ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Таинственная фигура гробокопателя. Странные, похожие друг на друга трупы. Загадочное поведение сельского пенсионера. И чеченский след. В капкане Дмитрий Иванович Линчевский Глава 1 К исходу ночи молния вспорола сизую тучу, и на землю посыпался густой весенний дождь. Через минуту вода пригладила кудри берез, через две — затопила ямы и ложбины, через три — хлынула по лугам бурлящими потоками. Рыхлое седое небо, в толще которого утонули солнечные лучи, провисло до макушки леса, затмив последние надежды на прояснение. Тем, кто встретил это утро в пути, вряд ли оно показалось добрым. На краю большого в пышных яблонях села, посреди раскисшей от дождя дороги, бойко дергалась и гулко завывала застрявшая в канаве «БМВ». В машине сидели двое: за рулем — крепкий молодой мужчина с пухлыми, словно укрывшими пару яблок, щеками, в соседнем кресле — бритый наголо парень, похожий на штангиста или борца-тяжеловеса. Они махали из окон руками (а водитель отчаянно сигналил), подавая аварийные знаки ревущему в поле трактору. Но тщетно. Механизатор широкого профиля Афанасий Колокольников, следуя испытанной деревенской традиции, не спешил проявлять отзывчивость. Чем длиннее пауза, тем выше вознаграждение — проверено на собственном опыте. А то ведь некоторые рассуждают, мол, сунь крестьянину на шкалик, и тот запрыгает от счастья. Э нет, дружок, шалишь. В селе законы рынка знают — литр, не меньше. А то и два, если повезет. Тут главное — не суетиться. — Надо идти за трактором, — сказал водитель «БМВ», потеребив свой жиденький, филированный под садовую оградку чубчик. — Нас оттуда не видно. — Все видно, — буркнул пассажир, откинувшись на спинку кресла. — Просто гнида-тракторист цену себе набивает. Подождем немного, сам приползет. Афанасий Колокольников, рыжий сорокалетний верзила, усыпанный с головы до пят крупными, как горох, веснушками, сразу заметил неладное. Приезжие почему-то успокоились и,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Здесь ее расценивают, как слабость, присущую исключительно рохлям и ботаникам. Последних нестрашно посылать подальше. К слову сказать, медсестра Нина Растатуева буквально так и поступила. Она, почему-то, сразу повела себя враждебно и где-то агрессивно. Почему это произошло — неясно. Возможно, взыграл комплекс красивой девушки, уставшей от назойливых кавалеров. А вполне вероятно, за этим крылось что-то совсем иное. Например… Впрочем, на размышления времени нет. Преступление — это ночной костер: пока горит — светит, едва погаснет — тает. Самой эффективной считается работа по горячим следам, она сулит наибольшие шансы на победу.

Спустившись с крыльца, он направился к голубому вагончику спасателей.

У причала возился с лодочным мотором знакомый молчун-культурист.

— Добрый день, — кивнул ему Полынцев.

— Здрасьте.

— Что, сломался?

— Уже починился. Сейчас поеду пробовать.

Это был не самый удачный вариант. Если он уплывет, то визит на пляж получится совершенно бесполезным.

— Подожди-ка, — крикнул Полынцев, на ходу придумывая, как лучше напроситься в компанию. — Перебрось-ка меня на остров, я там кое-что забыл сделать…

Лодка зарычала, взяв с места…

На ветру под шум мотора много не наговоришь. Поэтому Андрей решил высадиться на «Капкане», сделать кружок для отвода глаз, а по-возвращении учинить спасателю жесткий без свидетелей допрос…

Уже через минуту милицейские ботинки привычно окунулись в ржавую прибрежную глину. Выбравшись из нее, Полынцев, не спеша, отправился вглубь острова. Оглядываясь по сторонам, он только сейчас обратил внимание на видневшиеся в просветах меж деревьев развалины.

Когда-то водники хотели поставить здесь маяк, чтоб, и красиво, и для дела польза. Завезли бетонные каркасы, кирпич и все, что требуется в таких случаях. Но произошла какая-то несуразность: то ли грунт оказался топким, то ли остров плавучим. В общем, решили не связываться, бросили дело, оставив кучи хлама и никому ненужные блоки. Рассматривая их силуэты сквозь густые деревья, Полынцев не заметил, как подошел к большой могильной яме. Но не той, где накануне обнаружил тело убитого старика, а другой, свеженькой и… не пустой.

Сделав шаг, и не почувствовав под собой опоры, он провалился в темную холодную пустоту. Нос его тут же уткнулся в чье-то мертвое лицо, руки — в безвольные рыхлые плечи. Сердце испуганно замерло. Вскрикнув от неожиданности, Андрей сжался в комок и выскочил наверх, словно гильза из патронника. Тело лихорадочно затряслось. Зубы застучали мелкой дробью. Низ живота предательски расслабился…

* * *

На кухне было чисто и просторно. А все потому, что жена Николая Петровича гостила у кумы в соседнем районе.