ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Конец XII века. Ричард Львиное Сердце не вернулся из Крестового похода. В отсутствие короля «старая добрая Англия» превращается в ад – осмелевшие от безнаказанности феодалы грабят и рвут страну на... Робин Гуд Ирина Александровна Измайлова Пролог Палестинский крест Глава 1 Опустевший замок Семеро всадников, которые сырым летним утром ворвались в старинную цитадель, наверняка рассчитывали застать здесь ее обитателей и были готовы к тому, что непрошеных гостей не захотят впустить: у двоих всадников имелись метательные крючья с привязанными к ним прочными веревками. Ров оставался сух, и захватчики надеялись, легко перейдя его, с помощью крючьев и веревок одолеть одну из стен. Но их задача оказалась куда легче – подъемный мост был опущен, а старинная, массивная решетка ворот поднята. Поэтому всадники, облаченные в боевые доспехи, как ни удивило их это открытие, не замедлили хода. Подковы их лошадей прогрохотали по толстым дубовым доскам, и затем грохот утих под каменной аркой внешней стены замка. Замку было не меньше трехсот лет, его строили в середине восьмого века от Рождества Христова, но не окажись он сейчас в таком запустении, им по-прежнему любовались бы жители окрестных поселений, а недругам было б нелегко его захватить. Высокие, в десяток туаз [1] мощные стены, сложенные из массивных каменных плит, образовывали правильный восьмиугольник, так что с каждой из угловых башен свободно просматривались остальные. Широкий и глубокий ров подходил к стенам вплотную. На самих же стенах было достаточно места, чтобы, если понадобиться, вести бой, а во время осады варить смолу и угощать ею осаждающих. За сооруженными по краям зубцами могли укрываться лучники. Внутри двора, образованного стенами, располагались жилые постройки, конюшни, кузница и несколько хлевов: прежде здесь держали домашнюю скотину. Донжона [2] не было, в те годы его возводили редко, но и без него сооружение с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Их не слишком много?

Львиное Сердце в шутку загнул один палец, потом второй.

– По-моему пока что вы просите куда меньше, чем все мои придворные, у которых заслуг куда меньше, чем у вас, мессир. Говорите.

– Я хотел бы просить ваше величество позаботиться о девушке, которая проявила такую отвагу и призвала нам на помощь лесных разбойников, чем и вызвала мою просьбу об их помиловании. Она живет сейчас у меня замке, как моя приемная дочь, но ей пятнадцатый год, а ни родни, ни близких у нее нет. Примите участие в судьбе простой крестьянки, сир, выдайте ее замуж за достойного человека. Если выберете кого-то из вашей свиты, это будет хорошая награда девушке за преданность, смелость и находчивость.

Ричард Львиное Сердце посмотрел на залившуюся краской Изабель и вздохнул:

– Мессир! Я охотно выполню эту просьбу. Только зачем мне выбирать ей мужа, если она уже выбрала его сама? Я прав, леди?

Девушка, никак не ожидавшая такого обращения, растерянно поднялась, посмотрела в смеющиеся глаза короля, потом перевела взгляд на Веллендера.

– Сэр Эдвин! Вы меня любите? – спросила она. – Если да, то я не хочу никакого другого мужа!

– Ну, если тебя устроит скучный вояка, который днями не вылезает из седла, от которого иной раз лишнего слова не услышишь, который… Словом, если так, то и я ведь никогда не найду девушки лучше тебя!

– И для вас не важно мое происхождение? – ее голосок совсем задрожал.

– Я же не граф, а только брат графа! – подмигнул ей шериф. – И потом, раз тебя мне отдает в жены сам король, то кто посмеет усомниться в твоем благородстве?

– А я? – красавица Мэри вскочила и, опрокинув стул, бросилась в ноги Ричарду, который от удивления едва не пролил вино себе на кольчугу. – Выдайте замуж и меня, ваше величество!

– А ты чья невеста? – поинтересовался король.

– Вероятно, моя! – вместо девушки ответил Робин. – Но тут уже нужно очень подумать: я-то как раз граф, а ты, если мне не изменяет память, сбежала ко мне от папаши-горшечника.

– Это я тогда наврала! – Мэри, не вставая с колен, обернулась и смерила своего возлюбленного одновременно гневным и нежным взглядом. – Я боялась, что ты не оставишь у себя женщину знатного происхождения. Мой отец, барон Тальберт, саксонец. Он выдал меня замуж за старикашку-француза, тоже барона. Его звали Этьен Фармуаз. Свадьбу сыграли в Шотландии, в доме отца, а потом Фармуаз повез меня к себе на родину.

– И ехал через Шервудский лес?! – в волнении Робин даже привстал с места. – Помню я этого старикана. И молодую женушку под покрывалом помню. Но я же вас отпустил! Только барахло и взяли, да и того было немного.

Мэри перевела дыхание. Все присутствующие смотрели на нее во все глаза. Она собралась с духом и вновь заговорила:

– Мы доехали до Дувра, чтобы переправиться через пролив

[59]

, сели на паром.