ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Спустя пятнадцать лет образцовой семейной жизни Эва вдруг обнаруживает, что у мужа роман с другой женщиной. Оскорбленная его предательством, а еще больше — ложью, она задумывает изощренную месть.Те... Карин Альвтеген ПРЕДАТЕЛЬСТВО Перевод со шведского Аси Лавруши Микке— за то, что ты, благодаря твоей любви и мудрости, добился всего того, что стоило таких усилий Любовь долго терпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. 1 Кор. 13:4-7 Нет ни наказаний, ни наград, есть только последствия. — Я не знаю. Три слова. Сами по себе или в другом контексте совершенно безобидные. Начисто лишенные внутренней тяжести. Констатация того, что он не уверен и поэтому предпочитает не отвечать. «Я не знаю». Три слова. Но как ответ на ее вопрос они означали угрозу всему ее существованию. Посреди свеже отполированного паркета гостиной внезапно разверзлась бездна. А она ведь даже не спрашивала — просто высказалась, чтобы он понял ее тревогу. Если обозначить словами нечто совершенно немыслимое, то все сразу исправится. И для обоих наступит поворотный пункт. Последний год она вертелась как белка в колесе, и ей просто хотелось дать ему понять — она больше не может тащить весь этот воз одна. Ей нужна его помощь. Он ответил неправильно. Произнес фразу, которая, как ей казалось, вообще немыслима. — Может, ты сомневаешься в нашем общем будущем? — Я не знаю. Она не смогла переспросить, полученный ответ за мгновение стер все известные ей слова. Мозг совершил вынужденный оборот, по-новому оценивая то, что раньше не вызывало сомнений. У них разное будущее! Это не укладывалось в систему привычных представлений. Аксель, дом, вместе состариться, стать бабушкой и дедушкой. Как найти слова, которые помогут им

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

За долгие годы он выработал уникальную способность скрывать свой внутренний ад от других.

Стыдно, что сейчас он не смог проконтролировать себя.

— Спасибо, хорошо.

Наступила тишина. Если врач, сидящий напротив, в самом деле интересуется его здоровьем, то вряд ли удовлетворится таким ответом. Взгляд у доктора был очень серьезным. Эта серьезность предвещала нечто большее, чем просто очередной медицинский отчет.

Юнас переменил позу. Нужно как можно меньше касаться кресла.

— Юнас, сколько вам лет?

Он сглотнул. Только не пять. Даже если после двойки.

— В следующем году исполнится двадцать шесть. А почему вы спрашиваете? Я полагал, мы будем говорить об Анне.

Доктор Салстедт внимательно посмотрел на него, затем опустил взгляд.

— Сейчас речь не об Анне, а о вас.

Борлэнге — Буден; 848, Бурос — Бостад, 177.

— Что? Я не понимаю, о чем вы.

Салстедт снова поднял глаза.

— Кем вы работали? До того, как это случилось?

— Почтальоном.

Он заинтересованно кивнул.

— Вот как. Вы никогда не скучаете по своим товарищам?

Он шутит? Или в элитном районе, где, по-видимому, проживает доктор Салстедт, почтальоны ходят по домам бригадами?

Врач вздохнул и открыл коричневую папку.

Он прикасался к подлокотнику или нет? Уверенности нет. Если да, то нужно дотронуться до него еще раз, чтобы обезвредить первое прикосновение. А если первого не было? Господи, нужна какая-нибудь нейтрализация.

— Вы на больничном вот уже почти два с половиной года. Столько, сколько здесь лежит Анна.

— Да.

— Скажите почему?

— А как вы думаете? Конечно, потому, что хочу находиться рядом с Анной.

— Анна обойдется здесь и без вас. О ней заботится персонал.

— Вам, также как и мне, прекрасно известно, что персонал не успевает делать все, что ей необходимо.

Доктор Салстедт внезапно погрустнел и замолчал, глядя на свои руки. Тишина сводила Юнаса с ума. Всеми силами он пытался сопротивляться одержимости, разбушевавшейся во всем теле.

Врач снова посмотрел на него.

— Все, что необходимо ей для чего, Юнас?

Он не мог отвечать. На стене слева — раковина. Нужно вымыть руки. Удалить касание, если он все-таки тронул подлокотник.

— Как вам известно, температура не падает, вчера мы делали эхокардиографию. Очаг инфекции в области аорты меньше не стал, а он регулярно производит крошечные септические эмболы, другими словами, сгустки, наполненные бактериями. Эти бактерии попадают в ствол ее головного мозга и вызывают очередные тромбы.

— Вот как.

— За два месяца у нее это уже третий тромб. И с каждым разом тяжесть комы усугубляется.

Он слышал об этом раньше. Врачи всегда говорят худшее, чтобы не давать повода для напрасных надежд.

— Вам нужно попытаться принять тот факт, что она никогда не придет в сознание.

Не в силах больше с собой бороться, он встал и направился к раковине.

Четыре шага. Не три.