В этом мире - точно. Мои современники почитают себя венцом творения. Кажется, наиболее полно это в начале двадцать первого века проявлялось у американцев. "Мы - самые богатые". Соответственно: самые сильные, самые умные, самые демократичные, самые-самые. Остальные - такие же. Просто не догоняют. По бедности-глупости-слабости. Подкормить-подучить. А как быть, если "остальные" - "другие"? С другими ценностями? Происходящими от другого воспитания, от другого опыта, из иного образа жизни.
Вот спроси любого из моих современников: сколько раз в жизни ты убивал? Шарахнется, побежит в сторону от психа. А я не про людей. Сколько раз в жизни ты лично перерезал горло теплокровному существу? У которого можно пить свежую т`плую кровь для укрепления здоровья?
Как меняется психика человека для которого всякий праздник - повод для убийства? Либо собственноручно выполненного, либо - в исполнении соседа, хорошего знакомого, отца или матери. Действия наблюдаемого, озвучиваемого и обнюхиваемого? И осязаемого на праздничном столе.
Мясо здесь обычно едят раз в неделю. По праздникам. Перед приготовлением обеда хозяйка выбирает курицу или петуха и отрубает птичке голову. Причём это же не птицефабрика. Это домашняя птица, каждая из которых имеет для хозяев собственное лицо. Эта - тихая, эта драчливая. Вон того петуха подпускать к этой курочке нельзя - петухи будут драться. А вон к той можно. А у этой болезни "по-женски". А вот эта ножку тянет - если в куче кормить - её затопчут, но несушка хорошая, нужно ей корма сыпануть отдельно и остальных отгонять, пока не поест. И дети малые во всех этих домашних заботах - постоянные помощники. "Молодец Ванечка. Выходил цыплёнка". А цыплёнок такой пушистый, такой смешной, щипется, играть хочет. "А хочет Ванечка супу куриного с лапшой? Поди петушку своему голову сруби, да ощипай, да выпотроши. И мне - петушка в котёл, потрошка - отдельно".
"Пуся, Пуся, иди сюда. Хорошего поросёнка вырастили детишки. Как он в руку пяточком тыкался, как любил когда ему бочок почёсывают. А умный какой. А ласковый. А главное - большой. Весомый. Сейчас мы его ножичком вот в этот пятачок ласковый ткнём, потом подвесим, горлышко перережем. Крови свежей хочешь? Ну, беги в дом. Пусть мать плиту растапливает, на стол собирает. Сейчас Пусину печёнку зажарим - объедение будет. Зови детишек, праздник у нас - Рождество Христово. Вот и будем на радостях дружка твоего Пусю - кушать".
Неужели кто-то думает, как американцы, что психика человека, для которого еда - розоватая мякоть из супермаркета, и психика человека, для которого еда - бегает, играет, мекает и бекает, с которой можно ссориться и мириться, которая любит когда за ушком чешут, которая и от гадюки защищает, а потом защитника свеженьким на стол подают - одинакова?
Здесь это образ жизни.






