ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Продолжение романа В. Бирюка "Зверь лютый". Наш попаданец подрос. Только вот с прогрессорством снова не очень. Ну, если разве в сексе. Нет, на этот раз не его, а он. Подрос же. Просто помните, что... Книга 2 Буратино Бурати́но (итал. burattino — деревянная кукла) — главный герой сказки А. Н. Толстого «Золотой ключик, или Приключения Буратино» (1936). Часть 5 Две беды: дураки и дуры... Глава 23 Дорога. В России - название место по которому собираются проехать. Сколько мне пришлось помотаться по разным дорогам... В той еще - моей России. Даже смерть свою я там нашёл. У поворота на Кащенку. И здесь... Дорога - это что-то "откуда-то" - "куда-то". В моем конкретно случае: от смерти к смерти. Позади остался город, где есть четверо очень серьёзных людей, которые очень хотят моей смерти. По разным поводам, но, в основном, медленной и мучительной. Включая моего единственного господина, мою единственную любовь. Впереди маячило неизвестное болото, в котором меня упокоят. Моя верная служанка. Первая, кто назвала меня "господин". Стоило ли столько терпеть, мучится, переживать и страдать... "И этот сошёл где-то под Таганрогом Среди бесконечных степей". Я трясся на задке телеги, на востоке все выше поднималось солнце. Я устал, очень устал от всего этого. От этого мира, от этих... предков. От боли, от страха, от непонимания... От всего, что зовётся "Святая Русь". Впереди была скорая смерть. Оставалось только её дождаться. Несколько дней и все это кончится. Лишь бы не очень больно. Говорят же: "Люди просят у бога лёгкой жизни, а надо просить лёгкой смерти". И еще говорят: "Когда человек планирует - бог смеётся". В то утро господь хохотал. Над всеми в этой местности. * * * В нескольких сотнях вёрст к востоку в степи стояла юрта, в юрте сидел человек и думал. За всех нас. В первой же фразе сразу две ошибки. Никогда не называй половецкого хана - "человек". В становище много разных людей.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

К этому не привыкают - с эти рождаются, живут и умирают. Каждую неделю - зарежь. Каждый праздник - зарежь. Не для спасения жизни, не на войне. Просто для пропитания. Что бы порадоваться сытости. Ты зарежь. Чикагских боен - нет. Электрического тока - нет. Холодильников - нет. Ты, лично. Хочешь чтобы в доме был праздник - выйди во двор, выбери персонаж, с учётом его вкусовых, весовых и личностных свойств. И зарежь. Не можешь - не мужик. В городах кое-где есть забойщики. В малых весях - ты хозяин. Делай своё мужское дело - убивай. Домашних своих. Живых животных.

Человек всегда делил животных на две группы - добрых и злых. Добрых ел человек. Злые ели его. Самый злой зверь на Руси - серый волк, зверь лютый. Следующее звено в пищевой цепочке. Последнее звено. Волка никто не ест.

Глава 44

Ольбег проплакался у меня на плече, успокоился, просветлённо улыбнулся. Еще раз спросил: что, ему и вправду никому горло резать не придётся? И убежал по своим детским, но безусловно важным и неотложным делам. Я остался разглядывать... задний двор. Пространство между задней стенкой Акимова дома и тыном. Тенистый такой уголок. Садик вперемежку с хозяйственными постройками. Три рябины, две вишни, яблоньки - тоже парочка. Вдоль тына - густые заросли малины.

Справа - сараюшка. Похоже - садовый инвентарь и прочий мусор. Слева - достопамятный поруб. Место моей ночной трудовой... смены. И вчерашней, и сегодняшней.

Рядом боярская баня. Относительно маленькая. На другой стороне двора есть еще большая - людская. Общего пользования. Есть еще и третья - возле реки. Зимняя. Помыться опять не удастся - в боярской бане Храбрит лежит. Бабы его уже обмыли. Плотник уже гроб-домовину строит. Завтра покойничка в гроб положат, гроб где-то в доме поставят. Вот тогда и помоемся. Послезавтра, как положено - на третий день, отпоют, отнесут на кладбище. Для отпевания - попа позовут. Ближайшая церковь - вёрст за двадцать. Как бы поп еще и исповедовать моих не начал. Думай Ваня, завтра может быть уже поздно. Как хорошо в порубе было - высказал Храбриту гадостей и спать лёг. Тихо, покойно, никто не тревожит, никуда бежать не надо. А вот вылез на волю и все бегом.

Интересно у Акима дом поставлен. Нарушено главное правило местной архитектуры - ничего похожего. Полностью должна быть исключена симметрия, повторяемость, единство и единообразие. Ну не любят на Руси стандартизацию и унификацию. Левша что, по стандарту блоху подковывал? У нас мастеров любят. Чтобы взял и сделал чего-нибудь этакое... чтобы взбизданузданул эдак как-нибудь... уникально. Уелбантурил. А массовое производство... А на кой оно? И на востоке, и на западе, хоть в Европе, хоть в Китае, подмастерье становится мастером, доказав своё мастерство - повторив один из выдающихся образцов своих предшественников. А у нас...