ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Линетт по настоянию отца, финансового магната отправляется в кругосветное путешествие. Ее задача научиться вести себя в высшем обществе. Но в компании гламурных девиц и лощеных прожигателей жизни Лине... Райская птичка Маргарет Роум Глава 1 Коктейль-бар главного отеля Папеэта был заполнен нарядной щебечущей толпой. Здесь собрались в основном люди молодые, но попадались и элегантные мужчины и женщины пожилого возраста. Было время аперитива на управляемом Францией Таити, самом беззаботном острове во всем Тихом океане. Папеэт, его столица, недаром слыл центром веселья и развлечений. Яркий декор помещения бледнел перед блеском платьев, героически соперничавших одно с другим. Алые лепестки гибискуса терялись на фоне желтых лимонов, зеленая листва доблестно сражалась с густым океанским аквамарином, небесная голубизна терпела неудачу в попытке победить кислую остроту лайма. Пестрые длиннохвостые попугаи пронзительно кричали, их резкие, неприятные голоса терзали уши и казались неуместными здесь, как и сами птицы, лишними в этом море красок. Поэтому не было ничего удивительного в том, что, когда официант почтительно проводил двух новых посетителей к свободному столику, все взгляды с облегчением обратились в их сторону, чтобы немного отдохнуть на бледно-лиловом шифоне царственной пожилой леди, сопровождаемой высоким молодым человеком. Наступило минутное молчание, и в эту недолгую тишину как раз и упали слова Линетт Саутерн. Впоследствии она готова была отдать все свое годовое содержание, лишь бы забрать их назад, но в тот момент они выскочили, и ей пришлось закончить речь хотя бы для того, чтобы сохранить лицо. — Естественно, я голосую за брак с испытательным сроком! Если кто-то купил одежду и она ему не понравилась, можно вернуть ее назад. Почему же тогда наше современное общество терпит столь старомодную систему, заставляющую двух людей связывать себя браком на долгие годы то

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Вы считаете, что я дикарь?

— Да! — выкрикнула она и отвернулась, чтобы он не видел ее слез. — Самый худший вид — дикарь, умеющий притворяться цивилизованным человеком!

Луис сделал всего один шаг и оказался рядом с ней.

— Вы именно так обо мне думаете? — спросил он, недоверчиво глядя ей в глаза.

— А как еще?! — взорвалась Линетт, и слова хлынули потоком. — С тех пор как мы познакомились, вы обращаетесь со мной как пират с добычей, потому что я по какой-то необъяснимой причине раздразнила ваше воображение! Вы ожидали от меня покорности, ожидали, что я паду перед вами ниц и полностью покорюсь вашим желаниям, как будто у меня нет собственной воли! Я должна была продемонстрировать готовность к повиновению — то, чего вы требуете от каждой женщины, удостоенной сомнительной чести стать вашим «товарищем по детским играм»! Когда я отказалась, вы заманили меня в сеть отвратительной лжи. Вот причина, по которой я хотела сбежать от вас! Я не могу больше выносить обмана и видеть вас не желаю!

— Вас беспокоит то, что мы обманули мою семью? — задумчиво спросил маркиз. — Вам это не нравится? И все же, — он вновь пошел в атаку, — вы отстаиваете право жить своей жизнью, невзирая на то что кому-то это может причинить боль. Вы восстаете против морали и презираете подчинение. Тогда почему же вы не поговорили об этом с моей бабушкой? Она была бы очень обижена, но какое значение это имело бы для вас?

— Я никогда бы… — Линетт осеклась.

— Нет, — насмешливо произнес маркиз. — Вы никогда бы… Потому что вы притворщица! Вы все время притворялись! Однажды вы бросили это обвинение мне. Но вы сами не больше верите во вседозволенность, чем моя бабушка. И вы были не столько возмущены, оказавшись на атолле вместе со мной, сколько напуганы. Вы притворялись, что испытываете неприязнь ко мне, потому что боялись, да, боялись того, что я могу сделать с вами, пока мы наедине, так?

— Да, все верно! — выпалила Линетт и топнула ногой. — И я не стыжусь! Вы, Мерли, Винс и все остальные можете смеяться и называть меня старомодной, если хотите! Ну же! — Голос девушки задрожал от невыплаканных слез. — Давай смейся!

Но маркиз не засмеялся. Он нахмурился и взял ее трясущиеся руки в свои.

Это прикосновение было ошибкой. В тесном пространстве каюты атмосфера накалилась от напряжения, и его прикосновение оказалось искрой, которая разожгла огонь страсти, ярко вспыхнувший между ними.

— Линетт! — хрипло пробормотал Луис, его ладони легли на хрупкую талию девушки.

Он целовал ее пылко, вновь и вновь, неистово и безжалостно, пока она сама, забывшись против воли в этом шторме страсти, не начала отдавать ему поцелуй за поцелуем, отбросив осторожность и недоверчивость, с которой отвергала все его ласки в прошлом.