— Джентльмены! Позвольте мне сделать одно предсказание: когда Кентукки станет действительно независимым штатом, один из вас будет его первым губернатором. — Поднеся к губам бокал, он одним глотком осушил его.
10
Август 1787 года
Разложив детские перины на солнце и замочив в железном корыте шторы, Китти принялась дергать рычаг на кровати младшего сына — деревянное приспособление, натягивающее веревки в раме.
— Господи, — вздохнула она, когда в комнату стремительно ворвалась Эстер с ведром в руках. — Да Трейс начинает прыгать на этой кровати, стоит мне только закрыть за собой дверь! Посмотри, как провисли веревки.
Проворчав что-то, Эстер поставила ведро с горячей водой на пол. Ее кулинарное искусство сказывалось даже на ней самой: лицо ее еще больше округлилось, талия раздалась, и она уже давно выбросила все прежние пояса.
Китти изо всех сил дергала рычаг. Подойдя к кровати, Эстер оттолкнула ее.
— Давай я попробую, а ты посиди, отдохни, и так суетишься с самого утра без отдыха.
— И ты тоже, — ответила Китти, но тем не менее уселась на стул.
Воздух, проникающий в спальню на верхнем этаже, приятно освежал ее кожу. Достав из кармана фартука носовой платок, Китти вытирала выступившие на нижней губе капельки пота. Эстер все вертела головой, не спуская с нее внимательных глаз.
— Ты, наверное, устала за день, — сказала она. — Вчера ты даже не ужинала.
— Я себя хорошо чувствую! — возразила Китти. — Все дело в жаркой погоде.
Эстер поглядела ей прямо в глаза и спросила, поднимая брови:
— У тебя были месячные?
Не вынеся взгляда ее проницательных глаз, Китти начала пальцем вытирать оставленное кем-то из мальчишек грязное пятно на подлокотнике орехового дерева.
— Эстер, если я устала или у меня нет аппетита из-за жары, то это вовсе не значит, что я беременна!
— Нет, конечно, — согласилась Эстер, — но были?
— Что были? — Китти невольно улыбнулась, и глаза Эстер радостно вспыхнули:
— Значит, не были! — Женщина выпустила из рук рычаг и в восторге поднесла к губам руку, чтобы скрыть улыбку.
Китти, позабыв о пятне, вскочила со стула:
— Ах, как я была бы счастлива… и Роман тоже, я уверена! Но может, ничего еще и нет… Сколько раз у меня бывали задержки.
Эстер, склонив голову набок, оглядывала ее с головы до ног.
— А судя по твоему виду, ты попалась.
— Перестань! — потребовала Китти, еще шире расплываясь в улыбке. — И ни слова не говори Роману: не хочу, чтобы он волновался из-за меня на конвенте в Данвилле. Он теперь не должен думать ни о чем, кроме будущего Кентукки.
— А на днях я видела колыбельку… — с самым невинным видом заметила Эстер. — На чердаке в дальнем углу.
— Хватит! — оборвала ее Китти.






