Ты честный торговец, приехал погулять в нашем городе, заодно решил уточнить, что случилось с братом твоего знакомого, и выяснил, что тот погиб в разбившемся самолете. Все правильно?
– Да. – Я уже понимал, что он издевается, но нужно было держаться как можно дольше.
– Понятно. – Пилипенко неторопливо подошел ко мне и неожиданно ударил меня в лицо.
Прямо в скулу. Ох, как сильно и больно! У этого типа явно многолетняя практика. Или же он вообще прежде был боксером. Ударить так чувствительно без замаха практически невозможно. Я почувствовал, как у меня лопнула губа, и струйка крови потекла по подбородку.
– Давай сначала, – ласково предложил Пилипенко. – И сделай так, чтобы я не чувствовал себя дураком. Иначе бывает просто обидно. Приезжает какой-то чучмек и начинает лгать, глядя тебе в глаза. Согласись, обидно. Итак, давай снова. Зачем ты прилетел в наш город?
Он стоял рядом со мной. Я понимал, что могу получить второй удар, но пока держался.
– Хотел уточнить, что случилось с Рабиевым. Да, он погиб в самолете, – упрямо повторил я.
– А где работал Рабиев, твой друг тебе не сказал? – уточнил подполковник.
Какой молодец! Он знал, как надо вести допрос. Конечно, в списках погибших не было указано место работы этого таджика.
– Может, и сказал, но я точно не помню. Где может работать таджик в вашей стране? Уборщиком или ассенизатором!
– Почему «в вашей»? Ты ведь россиянин. – Пилипенко сразу уцепился за мои слова. – Это ведь наша с тобой страна, уважаемый Алишер. Или ты так не считаешь?
– Она больше ваша, чем моя, – ответил я подполковнику.
– Ты не прав, дорогой. – Пилипенко покачал головой. – У нас все равны. И такой чернозадый паразит, как ты, и такой упрямый хохол, как я. У нас сейчас демократия и равноправие. Неужели ты этого не знаешь?
– Догадываюсь.
– Вот и хорошо. Давай еще раз. Зачем ты сюда приехал?
– К брату моего друга…
Я недоговорил. На этот раз удар был нанесен в солнечное сплетение. Я согнулся от боли, в глазах потемнело, даже выступили слезы. Несколько секунд я не мог даже дышать. Пилипенко вернулся к своему столу, отлично понимая, что мне нужно дать возможность прийти в себя.
– А теперь я тебе расскажу, кто такой Рабиев, – проговорил подполковник. – Умарджан Рабиев – начальник строительного участка. Он уже больше двадцати лет живет в нашем городе. Здесь его жена и дочь. Поэтому давай без трепа. Мы ведь легко можем все проверить. Я просто позвоню его супруге и начну спрашивать про несуществующего брата, который является твоим другом. На втором или третьем вопросе ты поплывешь, и все будет понятно. Но я не хочу им звонить. Сам понимаешь, в каком они сейчас состоянии. Нужно быть людьми хотя бы иногда. Алишер, как ты считаешь?
Кровь у меня уже засохла, и я облизал губы. Откуда взялся этот проницательный подполковник?..






