ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Исторический роман известного американского писателя Тейлора Колдуэлла рассказывает о юности основателя и великого хана Монгольской империи Чингисхана (ок. 1155–1227). Монгол Тейлор Колдуэлл ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Глава 1 Оэлун послала старую служанку Ясай в юрту своего сводного брата-калеки Кюрелена. Старуха вытерла руки о грязный передник — они были в крови. Ярко-розовый закат озарял все вокруг. Проходя между юртами, старуха подняла тучи пыли, светящейся золотом. Пыль не отставала от старухи ни на шаг. Кюрелен, как всегда, ел и сладострастно причмокивал губами, отпивая кумыс из серебряной чаши. После каждого глотка Кюрелен любовался чудесным рисунком на чаше, украденной у странствующего китайского торговца. Время от времени он кривым грязным пальцем нежно касался изысканного рисунка, и его темное худое лицо светилось радостью. Ясай поднялась на настил юрты Кюрелена. Рядом с юртой привязаны быки, в пустых коричневых глазах которых отражался яростный заход солнца. Старуха помедлила у открытого полога юрты и взглянула на Кюрелена. Люди ненавидели Кюрелена, потому что он над всеми насмехался, но еще больше его боялись — он ненавидел все человечество. Калека издевался над всеми, ни к чему его душа не лежала. Он был жаден и отличался неуемным аппетитом. Ясай пристально взглянула на Кюрелена и нахмурилась. Рабыня и караитка не уважала брата жены вождя. Ведь даже подпаски знали об одной истории, а всем известно, что пастухи так же тупы, как и животные, которых они выгоняют на пастбище. Есугей, [1] Якка монгол, украл Оэлун в день свадьбы у ее мужа, принадлежащего к другому племени. Через несколько дней в орду Есугея пожаловал братец Оэлун, чтобы молить о возвращении сестры. Кюрелен и его сестра Оэлун принадлежали к племени меркитов. Племя жило в лесах, было хитрым и процветало в торговле. Кюрелен, умный и многословный, мог бы добиться успеха в переговорах, а если он погибнет, в племен

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Мы потеряли всего четверть наших воинов. Я не смог бы этого добиться без вашей помощи.

Субодай подъехал вместе с Шепе Нойоном и доложил, что караиты окончательно подавлены. Темуджин довольно кивнул и вытер окровавленный меч о голенище сапога, но потом вдруг нахмурился.

— Пусть замолчат эти женщины! — приказал он и оглянулся: — Но где же мой названый отец и его сын?

Темуджину сообщили, что старый караит куда-то исчез, а его сын мертв.

— Мне нужен Тогрул-хан, — свирепо топнул Темуджин обутой в грубый сапог ногой. — Я должен с ним сам посчитаться! Если кто-то из вас его убил — берегитесь! Наказание будет суровым! Я приказал, чтобы старика сохранили для моей казни!

Все начали искать Тогрул-хана среди мертвых, отбрасывая в сторону плащи и оружие и разглядывая белые застывшие лица. Потом Темуджин заметил покрытый золотой парчой огромный шатер и отправился к нему. Когда он заглянул внутрь, перед ним предстало удивительное зрелище: три девицы сидели на теле Тогрул-хана, пытаясь прикрыть его своими одеждами и распущенными волосами. Они смотрели на Темуджина обезумевшими огромными глазами загнанных в угол животных и не переставая стонали, ломали руки и громко рыдали, заранее оплакивая безвременную смерть своего господина.

Темуджин громко расхохотался. К нему подошли охрипшие от воплей воины, не выпускавшие из рук награбленное добро. Темуджин показывал на девиц, не в силах что-либо выговорить из-за приступов смеха. Потом он расшвырял их в стороны, как собак. Темуджин схватил Тогрул-хана за шею и вытащил его наружу под яркий лунный свет.

Старик терял сознание от охватившего его ужаса, упал на колени и обхватил ноги Темуджина.

— Умоляю, пожалей своего старого отца, сын мой! — рыдал он. — Прошу тебя, не забывай о своей клятве верности! Не убивай меня! Я уже слишком стар, мне осталось жить совсем немного. У меня накопилось множество грехов. Если ты меня любишь, пожалей меня и дай умереть своей смертью!

— Вы только послушайте, что блеет этот старый козел! Вчера он упивался своей властью, хвалился силой и смел мне угрожать! Сегодня он ползает у моих ног и умоляет, чтобы я его пощадил и послал старого козла к его козочкам!

Все вокруг разразились громким хохотом. Темуджин склонился к рыдающему старику и сильно ударил его по лицу. Тогрул-хан упал навзничь и остался лежать, извиваясь от боли. Он со страхом ожидал смерти и пытался поцеловать запыленные сапоги Темуджина, издавая при этом какие-то блеющие звуки. Темуджин с удовольствием смотрел на него, и его лицо было черным от гнева.

— Мне рассказывали, что ты подослал своего сына Талифа к моему анде, Джамухе, и склонил его к предательству. Джамухе пришлось умереть, потому что он меня предал.