ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Гамсун (Hamsun) — псевдоним. Настоящая фамилия Педерсен (Pedersen) — знаменитый норвежский писатель, лауреат Нобелевский премии (1920). Имел исключительную популярность в России в предреволюционные го... Виктория Кнут Гамсун I Сынъ мельника задумчиво ходилъ взадъ и впередъ. Это былъ крѣпкій четырнадцатилѣтній подростокъ, загорѣлый отъ солнца и вѣтра, съ головой, полной всевозможныхъ фантазій. Ему хотѣлось бы, когда онъ вырастетъ, быть пиротехникомъ. Какъ великолѣпно было бы, когда онъ съ сѣрой на пальцахъ проходилъ бы мимо, и ни у кого не хватило бы мужества протянуть ему руку. Съ какимъ уваженіемъ относились бы къ нему товарищи, благодаря его ужасному ремеслу! Онъ оглянулся кругомъ и взглянулъ на птицъ. Онъ зналъ ихъ всѣхъ, зналъ, гдѣ находятся ихъ гнѣзда, понималъ ихъ крикъ и отвѣчалъ имъ различными посвистываніями. Не разъ приносилъ онъ имъ шарики изъ тѣста, которые онъ дѣлалъ изъ муки съ мельницы отца. Всѣ эти деревья, растущія вдоль просѣки, были его добрыми друзьями. Весной онъ доставалъ сокъ изъ ихъ стволовъ, а зимой заботился о нихъ, какъ маленькій отецъ, освобождалъ отъ снѣга и выпрямлялъ ихъ вѣтви. Онъ зналъ каждый камень даже въ заброшенной каменоломнѣ, онъ вырѣзалъ на нихъ буквы и знаки, и они казались ему паствой, собравшейся вокругъ своего пастыря. Въ этой заброшенной каменоломнѣ происходили чудеснѣйшія вещи, Онъ свернулъ на тропинку и вышелъ къ пруду; мельница была въ ходу, — ужасный, тяжелый шумъ стоялъ кругомъ. Онъ ужъ привыкъ ходитъ взадъ и впередъ и громко разговаривать съ самимъ собой. Каждая капля пѣны являлась для него цѣлой жизнью, о которой есть что сказать, а тамъ; у плотины, вода падала внизъ и казалась блестящей тканью, повѣшенной для просушки. Въ пруду ниже паденія воды водилась рыба; не разъ стоялъ онъ здѣсь со своей удочкой. Когда онъ вырастетъ, онъ будетъ водолазомъ. Онъ спрыгнетъ тогда съ палубы парохода въ воду и сойдетъ въ чужія стран

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но въ таинственныхъ пещерахъ сынъ мельника поддерживалъ порядокъ и украсилъ ихъ съ большимъ искусствомъ. Здѣсь онъ жилъ, какъ атаманъ храбрѣйшей разбойничьей шайки.

Онъ звонитъ въ серебряный колокольчикъ. Къ нему выскакиваетъ маленькій человѣчекъ, карликъ, съ брилліантовыми пряжками на шапкѣ. Это его слуга. Онъ склоняется передъ нимъ до земли. «Когда придетъ принцесса Викторія, приведи ее сюда», говоритъ громко Іоганнесъ. Карликъ снова склоняется до земли и исчезаетъ. Іоганнесъ удобно вытягивается на мягкомъ ложѣ и мечтаетъ. Здѣсь онъ предложитъ ей сѣсть и подастъ ей драгоцѣнныя кушанья на серебряной и золотой посудѣ; пылающій деревянный шестъ будетъ освѣщать пещеру. Въ концѣ пещеры за тяжелой занавѣсью изъ золотой парчи ей будетъ приготовлено ложе, и двѣнадцать рыцарей будуть стоять на стражѣ.

Іоганнесъ поднимается, выползаетъ изъ пещеры и прислушивается. Внизу на тропинкѣ слышится шорохъ среди вѣтвей и листьевъ

— Викторія! — окликнулъ онъ.

— Да! — слышится отвѣтъ.

Онъ идетъ ей навстрѣчу.

— Мнѣ такъ страшно, — говоритъ она.

Онъ пожимаетъ плечами и отвѣчаетъ:

— Я только что былъ тамъ. Я сейчасъ вышелъ оттуда.

Они вошли въ пещеру. Онъ показываетъ ей на каменное сидѣнье и говоритъ.

— На этомъ камнѣ сидѣлъ великанъ.

— Ахъ, не говори объ этомъ, не разсказывай мнѣ этого! Неужели тебѣ не было страшно?

— Нѣтъ!

— Да, но вѣдь ты говорилъ, у него одинъ глазъ, а такіе великаны всегда злые духи.

Іоганнесъ задумался

— У него было два глаза, но онъ ослѣпъ на одинъ глазъ. Онъ самъ это говорилъ.

— А что онъ еще сказалъ? Нѣтъ, не разсказывай мнѣ.

— Онъ спросилъ, хочу ли я ему служить?

— Но вѣдь ты на это не согласился? Сохрани тебя Богъ отъ этого!

— Нѣтъ, я не отказался!

— Ты съ ума сошелъ! Неужели ты хочешь, чтобы онъ заключилъ тебя въ скалу?

— Не знаю. На свѣтѣ жить такъ плохо.

Они помолчали.

— Съ тѣхъ поръ, какъ пріѣхали гости изъ города, ты только съ ними и бываешь, — сказалъ онъ.

Снова молчаніе.

Іоганнесъ продолжалъ:

— Но я гораздо сильнѣе ихъ всѣхъ… Если придется нести тебя или взятъ изъ лодки, я увѣренъ, что смогу продержать тебя на рукахъ цѣлый часъ. Посмотри-ка!

Онъ взялъ ее и высоко поднялъ. Она обняла его за шею.

— Хорошо, только опусти меня теперь на землю. Онъ поставилъ ее на землю. Она сказала:

— Да, но Отто тоже сильный. Онъ боролся со взрослыми.

Іоганнесъ недовѣрчиво переспросилъ: — Боролся со взрослыми?

— Да, это, правда, было. Въ городѣ.

Они помолчали. Іоганнесъ задумался.

— Ну, хорошо, дѣло рѣшено, — сказалъ онъ. — Я знаю, что сдѣлаю.

— Что ты хочешь дѣлать?

— Я поступлю на службу къ великану.

— Ты совсѣмъ съ ума сошелъ, — воскликнула Викторія.

— Мнѣ все равно. Я сдѣлаю это.

Викторія придумывала выходъ.

— Да, но вѣдь онъ больше не придетъ?

Іоганнесъ отвѣчалъ:

— Онъ придетъ!

— Сюда? — быстро спросила Викторія.