ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых...  ГАБРИЭЛЬ ГОЛДСБИ РЕВАНШ Глава 1 Десятая встреча выпускников Роухбетской школы. Это был хороший план. Так думала Колби до тех пор, пока собственное тело не подвело ее. Как только это случилось, ей нужно было забыть о своих старых обидах и убираться с этой дурацкой встречи выпускников. Колби была успешной женщиной - она открыла свой собственный бизнес сразу после окончания колледжа и изменилась как внутренне, так и внешне. Какое ей было дело до того, что думают эти люди? Она была здесь уже целый час и ни один из них даже не подошел поздороваться. Нет, она видела, как они бросали на нее косые взгляды и перешептывались, пытаясь определить, кто она. Ей показалось, что один из них, толстый коротышка с веснушками на лысине и в дешевых очках, узнал ее. Колби было все равно. Женщина с элегантной стрижкой, в коротком черном платье и на высоких каблуках сильно отличалась от той худой, бесформенной девушки с длинными волосами, которой она была десять лет назад. Колби не помнила, что вообще когда-либо надевала платье или юбку до колледжа. Вот почему она так любила носить их теперь, и чувствовала себя в них более уверенной. Не то, чтобы ей была нужна эта уверенность на встрече выпускников. Она вообще сомневалась, что кто-нибудь из этих людей узнал бы ее в толпе даже через неделю после выпуска. А тем более сейчас. Колби выбрала темный угол комнаты и, прислонившись к стене, стала наблюдать за тем, как люди, половину из которых она с трудом вспоминала, заполняют спортзал. Ее пульс участился, когда в дверях показалась темноволосая женщина в белой рубашке и черных брюках. Колби охватило внезапное желание при одном взгляде на эту женщину. Просто прекрасно. Я не чувствую ничего месяцами

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но Колби ничего не слышала, глядя в самые тревожные глаза, которые когда-либо видела. Нет. Она видела такую же тревогу и растерянность в глазах Маккензи десять лет назад. И сейчас, как и тогда, Колби не знала, что с этим делать.

Глава 2

1996 год.

Колби была на полпути в столовую, когда вспомнила, что оставила свой выпускной альбом в раздевалке. Она хотела попросить Бет Харвелл подписать его, но так и не набралась смелости.

Женские голоса, непривычно высокие, и мужские, неожиданно низкие, звучали в коридорах школы. Колби вздохнула, протискиваясь в раздевалку. Очередь в столовой будет уже довольно длинной, когда она туда доберется, и ей придется есть оставшееся на дне кастрюль. Иногда это было не так уж и плохо, в зависимости от того, что значилось в сегодняшнем меню.

Колби ненавидела время ланча. Ей казалось, что все на нее смотрят и отмечают, что она обедает в одиночестве. Иногда девушка проводила время с членами компьютерного клуба, хотя и не считала их своими друзьями. В основном они приносили ланч с собой, чтобы провести эти пятнадцать минут не в столовской очереди, а играя в какую-нибудь игру.

Колби предпочла бы совсем не ходить на ланч, но ее мама все время забывала сходить в магазин, поэтому дома никогда не удавалось найти что-нибудь подходящее, чтобы взять с собой. Обычно завтракала она в Бургер-Сити, а на обед забегала в кафе у дороги. Колби обожала их знаменитый салат с цыпленком под соусом. Сорокалетний повар обычно давал ей двойную порцию курицы. При воспоминаниях о его похотливой улыбке Колби становилось не по себе, но не так, как сейчас, когда, свернув за угол, она увидела Маккензи Брент, сидящую на скамейке и пишущую что-то в ее альбоме.

“Что ты делаешь? Это мой альбом!” - слова вырвались раньше, чем девушка успела понять, что совершает чудовищную ошибку.

Испуганный взгляд Маккензи, наверное, показался бы ей дико забавным, если бы продлился подольше, но Колби не повезло. Испуг быстро сменился чувством, которое она так хорошо знала - злостью. Мак громко захлопнула альбом, положила его на скамейку и с хищной грацией встала.

“Твой? Откуда ты знаешь, что он - твой?” - спросила она. - “Он может быть чьим угодно.”

Если бы на месте Маккензи Брент был кто-нибудь другой, то Колби спросила бы, зачем он подписывает неизвестно чей альбом. Но Брент осталась на второй год не за простые шалости.

“Мое имя написано на внутренней стороне обложки. Вот, я покажу тебе.” - Девушка подошла ближе и потянулась к альбому, случайно задев рукой бедро Маккензи. Та выдохнула и отступила на шаг.

Колби отпрянула.

“Извини,” - сказала она, хотя знала, что едва коснулась собеседницы. У нее была дурацкая привычка извиняться за все, в чем даже не было ее вины, особенно, если Колби нервничала.