ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Клайв Стейплз Льюис. Письма баламута --------------------------------------------------------------- Книга написана в 1942 г. Перевод Т.О.Шапошниковой в 1975 году по изданию: Lewis C.S. The Screwtape Letters. Перевод отредактирован и подготовлен к печати в 1991 году Н.Л.Трауберг по изданию: Льюис К.С. Письма Баламута. Paris, 1984. Набор в файл по изданию: Льюис Клайв Стейплз Любовь. Страдание. Надежда: Притчи. Трактаты: Пер. с англ. -- М.: Республика, 1992. -- 432 с. ISBN 5-- 250-- 01733-- 9 --------------------------------------------------------------- ВСТУПЛЕНИЕ Я не собираюсь объяснять, как в мои руки попала та переписка, которую я теперь предлагаю вниманию общества. Есть два равносильных и противоположных заблуждения относительно бесов. Одни не верят в них, другие верят и питают к ним ненужный и нездоровый интерес. Сами бесы рады обеим ошибкам и с одинаковым восторгом приветствуют и материалиста, и любителя черной магии. Советую моим читателям помнить, что дьявол -- отец лжи и не все, что говорит Баламут, следует считать правдой, даже с его собственной точки зрения. Я не устанавливал личности тех, кто упомянут в письмах. Однако не думаю, что, например, отец Игл или мать подопечного описаны достоверно. В аду, как и на земле, умеют подкрашивать мысли в угоду своим намерениям. В заключение должен добавить, что я не пытался уточнить хронологию писем. Мне кажется, что чаще всего дьявольский принцип датировки никак не связан с земным временем, и потому я не стал его воспроизводить. История второй мировой войны могла интересовать Баламута только в той степени, в какой она повлияла на духовное состояние интересующего его человека. К. С. Льюис Модлин Колледж, 1941 ПИСЬМО

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Когда они следуют этому наказу, Он возвращает

им

личность во всей полноте и даже хвалится (боюсь, вполне искренне), что

они

тем больше обретают себя, чем больше принадлежат Ему. Радуясь тому, что

они

жертвуют даже самыми невинными проявлениями воли. Он ужасается, когда они

по

какой то причине изменяют самим себе. А мы всегда должны побуждать их

к

этому. Самые глубокие импульсы и склонности человека -- то сырье, та

строительная площадка, которыми Враг снабдил его. Заставив его отойти

от

них, мы выигрываем очко. Даже в несущественных вопросах желательно

подменить

его собственные взгляды земными стандартами, условностями или модой.

Сам я

всегда искореняю из своего пациента всякую личную склонность, н

апример интерес к состязаниям по крикету, коллекционирование марок

или

любовь к какао. Такие склонности не несут в себе, разумеется, никакой

добродетели. Но в них есть какая-то невинность, какая-то

смиренность,

самозабвение, которые мне противны. Человек, искренне и

бескорыстно

наслаждающийся чем-нибудь, не обращая ни малейшего внимания на то, что

скажут другие, уже самим этим защищен от некоторых наших утонченных

методов.

Всегда старайся, чтобы пациент отказался от людей, книг, блюд, которые

он

действительно любит, в пользу "значительных" людей, "самых известных"

книг и

"самых лучших" блюд. Я знал одного человека, который защищался от

сильного

искушения гордыни еще более сильным пристрастием к селедке с луком.

А теперь придется подумать, как исправить положение с твоим

подшефным.

Самое важное - много ли он думает о покаянии и не претворяет ли он его

в

действие? Пусть эта свинка поваляется в своем раскаянии. Если у него

есть к

тому склонность, пусть напишет о нем книгу. Это прекрасный

способ

обезвредить то,

что Враг посеял в сердце человека. Пусть он займется чем угодно, кроме

активного действия. Ни воображаемая набожность, ни душевный подъем

не

повредят нам, если мы помешаем им укрепиться в человеческой воле. Как

сказал

один из людей, активные привычки повторение укрепляет, а

пассивные

ослабляет. Чем чаще он погружен в чувства, не связанные с действием, тем

меньше он способен к действию и в конечном итоге тем меньше он

способен к

чувству.

Твой любящий дядя Баламут.

ПИСЬМО ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ

Мой дорогой Гнусик!

Особенно тревожит меня в твоем докладе то, что подопечный больше

не

принимает тех самонадеянных решений, которые сопровождали его

первоначальное

обращение. Он не обещает неуклонной добродетели, он даже не

ожидает

благодати на всю жизнь -- он только надеется всякий день и час

получать

поддержку своим скромным силам, чтобы их хватило на борьбу с

искушениями. А

это очень плохо!

Сейчас я вижу только одно направление действий.