ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Клайв Стейплз Льюис. Письма баламута --------------------------------------------------------------- Книга написана в 1942 г. Перевод Т.О.Шапошниковой в 1975 году по изданию: Lewis C.S. The Screwtape Letters. Перевод отредактирован и подготовлен к печати в 1991 году Н.Л.Трауберг по изданию: Льюис К.С. Письма Баламута. Paris, 1984. Набор в файл по изданию: Льюис Клайв Стейплз Любовь. Страдание. Надежда: Притчи. Трактаты: Пер. с англ. -- М.: Республика, 1992. -- 432 с. ISBN 5-- 250-- 01733-- 9 --------------------------------------------------------------- ВСТУПЛЕНИЕ Я не собираюсь объяснять, как в мои руки попала та переписка, которую я теперь предлагаю вниманию общества. Есть два равносильных и противоположных заблуждения относительно бесов. Одни не верят в них, другие верят и питают к ним ненужный и нездоровый интерес. Сами бесы рады обеим ошибкам и с одинаковым восторгом приветствуют и материалиста, и любителя черной магии. Советую моим читателям помнить, что дьявол -- отец лжи и не все, что говорит Баламут, следует считать правдой, даже с его собственной точки зрения. Я не устанавливал личности тех, кто упомянут в письмах. Однако не думаю, что, например, отец Игл или мать подопечного описаны достоверно. В аду, как и на земле, умеют подкрашивать мысли в угоду своим намерениям. В заключение должен добавить, что я не пытался уточнить хронологию писем. Мне кажется, что чаще всего дьявольский принцип датировки никак не связан с земным временем, и потому я не стал его воспроизводить. История второй мировой войны могла интересовать Баламута только в той степени, в какой она повлияла на духовное состояние интересующего его человека. К. С. Льюис Модлин Колледж, 1941 ПИСЬМО

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В-четвертых, религия такого рода, помимо

неисторичности своего Иисуса, искажает историю еще и в другом смысле.

Всего

лишь несколько человек из всех народов пришло в лагерь Врага, исследуя

по

правилам науки земную Его жизнь. На самом деле человечеству даже не

дали

материала для Его полной биографии. А первые христиане обращались

под

влиянием только одного исторического факта -- Воскресения и одного

только

догмата -- Искупления, который действовал на то чувство греха, которое

было

у них, -- греха не против какого-нибудь причудливого закона, выдвинутого

ради новинки каким-нибудь "великим человеком", а против

старого,

общеизвестного и всеобщего закона нравственности, которому их учили

матери и

няньки. Евангельские повествования появились поздно и были написаны не

для

того, чтобы обращать людей в христианство, а для того, чтобы

наставлять

уверовавших.

Вот почему всегда поощряй "исторического Иисуса", каким бы он

ни

казался нам опасным в некоторых отдельных пунктах.

Что же до связи христианства и политики, наше положение

труднее.

Разумеется, мы не хотим, чтобы люди разрешали своей вере проникать в

их

политическую жизнь, ибо что-либо похожее на подлинно справедливое

общество

было бы огромным несчастьем. С другой стороны, мы очень хотим, чтобы

люди

относились к христианству как к средству, в первую очередь, конечно, как

к

средству собственного успеха, но если это не удается, то как к средству

для

чего угодно, даже для социальной справедливости. Сначала заставим

человека

ценить социальную справедливость, поскольку ее любит Враг, а затем

доведем

его до состояния, когда он ценит христианство за то, что с его помощью

можно

достичь социальной справедливости. Враг не хочет, чтобы Его употребляли

для

извлечения пользы. Люди и народы, которые думают, что верой

нужно добиться улучшений в обществе, могут с таким же

успехом

пользоваться услугами Сил Небесных, чтобы регулировать

уличное движение. Однако, к счастью, очень легко уговорить их

обойти

эту маленькую трудность. Как раз сегодня мне попалось несколько

страниц

одного верующего писателя, где он рекомендует свою версию христианства

на

том основании, что "такая вера переживет гибель старых культур и

рождение

новых цивилизаций". Понимаешь, в чем тут пружина? "Верь не потому, что

это

истина, а в силу таких-то причин". В этом-то вся и штука.

Твой любящий дядя Баламут.

ПИСЬМО ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТОЕ

Мой дорогой Гнусик!

Я написал Лестегубке, которая следит за дамой твоего пациента, и

теперь

разглядел маленькую трещину в ее броне. Это небольшой порок, который

есть

почти у всех женщин, выросших в интеллектуальном окружении, объединенном

ярко выраженной верой. Женщинам этим кажется, что все посторонние лица, не

разделяющие их веру, просто глупы и странны.