ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Первые три романа цикла «Перстень некроманта».Содержание:Перстень некромантаБледнее бледногоПочему я не люблю дождь... Перстень некроманта Глава первая — Да, это он! — Осси Кай осторожно положила камень на ладонь, затянутую в шелковую перчатку. Внутри кристалла, отзываясь каким-то чуждым вибрациям, нервно пульсировала небольшая золотая искра, то разгораясь, то почти совсем затухая. — Это точно он! Голубой смарагд был хорош. Светлый Странник, он действительно был хорош! Размером в половину яйца гарны, чуть подкрашенный синькой осеннего неба, он тянул примерно на четверть унца [1] и был великолепен. Нарезанный мелкими гранями, которые были почти не видны, но прекрасно чувствовались при поглаживании пальцем, он намертво приковывал к себе взгляд и казался чудесным наваждением. Невозможным и нереальным. Смарагды редко бывают голубыми и никогда не вырастают такими большими — слишком ценится этот холодный камень и слишком уж много охотников до лучшей доли рыскает извилистыми горными тропами. Наконец, никто, нигде и никогда не гранит их таким расточительным способом, при котором они теряют едва ли не треть стоимости. И все же… — Чего вы хотите? — Осей откинула челку и, с трудом оторвав взгляд от золотой искры, подняла глаза. — Нанять вас. — Узкая, почти прозрачная ладонь обвила тяжелую каменную кружку, увенчанную фонтанчиками шипящего газа, и утянула в чернь под капюшоном. Через три удара сердца кружка, уже пустая, вынырнула из темного провала и мягко, словно невесомое перышко, опустилась на затертую до янтарного блеска деревянную поверхность стола. — Дрянь все-таки… — прошептала тьма под капюшоном. — Еще! Трактирщик, сгорбившись и неловко натыкаясь на стулья, уже подбирался к их столу, сжимая в дрожащей руке две полные кружки. При этом его потное и как-то разом посеревшее лицо выражало только одно желание — оказаться как можно дальше отсюда, а особенно — от этого тихого госп

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ни всплеска и ничего вообще.

Леди Кай стояла и смотрела в зеркало, только что поглотившее хилависту и собиралась с духом. Не очень-то ей хотелось снова в эту кисельно-лиловую хмарь нырять.

– Ну? — Из зеркала вынырнула голова Ташура. Да не вся — не целиком, — а только часть. Меньше половины. Выглядело это совершенно нелепо и жутковато, если честно: будто у зеркала вдруг лицо где-то на уровне пола нарисовалось. — Ты идешь, или что?

– Иду, — вздохнула Осси. — Иду.

Голова скрылась, а леди Кай вытянула вперед руку, коснулась ледяной поверхности стекла и сделала первый шаг.

На этот раз все по-другому было. То есть холод остался и никуда не делся, да и хмарь кисельная тоже присутствовала, а вот путешествие само много времени не заняло. Один шаг — и все. Леди Кай стояла в знакомом полумраке густых лиловых сумерек посреди зеркально отраженного парадного зала Эрш Раффара.

И почти все здесь было по-старому: также точно густой непроглядной тьмой были укрыты углы, также пусто было и также тихо, и также, как прежде, сверкало сказочным светом витражное стекло на лестнице…

Новым же было то, что зеркало за ее спиной не слепило как раньше бледно-розовой мутью, а осталось почему-то прозрачным, хотя и сильно затемненным. А еще — она была не одна, а с хилавистой.

Да, и чтобы не забыть: с паркетом и со всем остальным в зале все в порядке было — будто и не прорастали прямо из пола и стен корни-щупальца, и не метались тут разъяренными птицами разбуженные сомборы.

Тишь и гладь, что называется.

Мертвая давящая на уши тишина, и мирный, сильно сдобренный сумерками покой.

Мечта мертвеца…

– Ну, вот, ты и дома, — улыбнулась Осси. — Закончилось наше путешествие.

– Закончилось, — вздохнул хилависта. — Почти…

– Почему почти?

– Почему? — Хилависта шмыгнул носом и отвел глаза. — Подожди. Я сейчас… — С этими словами он быстро скользнул в сторону и, мигом проскочив зеркало, снова оказался на той стороне.

– Куда ты?

– Прости меня…

С жутким грохотом и звоном, будто молния в него попала, парадное зеркало Абатемаро разлетелось на тысячи… сотни тысяч осколков, которые медленно кружась, словно вспугнутые осенние листья, разлетались в разные стороны.

– Прости… — Ташур стоял на той… на правильной стороне, отгороженный от леди Кай тускнеющим прямо на глазах провалом разбитого зеркала.

– Прости, я не мог иначе…

Осси протянула руку, коснувшись затягивающейся раны в стене, в том месте, где раньше сверкал своим зеркальным великолепием вход в иностороннюю обитель, но рука ее встретила лишь теплый шершавый камень. Равнодушный и безмолвный, как все камни в этом мире.

Провал темнел и закрывался, свет истекающий из него таял, а самого хилависту, так неожиданно предавшего ее, было видно уже едва-едва.

– Прости меня…

– Почему, Ташур?..