ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Первые три романа цикла «Перстень некроманта».Содержание:Перстень некромантаБледнее бледногоПочему я не люблю дождь... Перстень некроманта Глава первая — Да, это он! — Осси Кай осторожно положила камень на ладонь, затянутую в шелковую перчатку. Внутри кристалла, отзываясь каким-то чуждым вибрациям, нервно пульсировала небольшая золотая искра, то разгораясь, то почти совсем затухая. — Это точно он! Голубой смарагд был хорош. Светлый Странник, он действительно был хорош! Размером в половину яйца гарны, чуть подкрашенный синькой осеннего неба, он тянул примерно на четверть унца [1] и был великолепен. Нарезанный мелкими гранями, которые были почти не видны, но прекрасно чувствовались при поглаживании пальцем, он намертво приковывал к себе взгляд и казался чудесным наваждением. Невозможным и нереальным. Смарагды редко бывают голубыми и никогда не вырастают такими большими — слишком ценится этот холодный камень и слишком уж много охотников до лучшей доли рыскает извилистыми горными тропами. Наконец, никто, нигде и никогда не гранит их таким расточительным способом, при котором они теряют едва ли не треть стоимости. И все же… — Чего вы хотите? — Осей откинула челку и, с трудом оторвав взгляд от золотой искры, подняла глаза. — Нанять вас. — Узкая, почти прозрачная ладонь обвила тяжелую каменную кружку, увенчанную фонтанчиками шипящего газа, и утянула в чернь под капюшоном. Через три удара сердца кружка, уже пустая, вынырнула из темного провала и мягко, словно невесомое перышко, опустилась на затертую до янтарного блеска деревянную поверхность стола. — Дрянь все-таки… — прошептала тьма под капюшоном. — Еще! Трактирщик, сгорбившись и неловко натыкаясь на стулья, уже подбирался к их столу, сжимая в дрожащей руке две полные кружки. При этом его потное и как-то разом посеревшее лицо выражало только одно желание — оказаться как можно дальше отсюда, а особенно — от этого тихого госп

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Зачем?!

– Прости… Я не мог иначе… — все тише и тише доносился до леди Кай его голос. — Они мне велели…

– Кто велел?! Что велели?! — Осси шарила по стене, пытаясь найти лазейку, выход, хоть что-нибудь, но под пальцами был только камень, камень и камень…

– Кто?!

– Они… — голос его доносился уже еле-еле, а свет так и вовсе уже не пробивался. — Тогда… В сирдаше… Помнишь, ты говорила, что боги за разговор с мертвыми плату попросят?

Осси кивнула, хотя и глупо это было, потому что Ташур ее видеть уже не мог. Но он будто почувствовал и продолжил:

– Вот они попросили…

– Что попросили?! — Осси просто кричала уже. — Что?!

– Тебя тут запереть…

– Зачем?! — Крикнула Осси. — Зачем?..

Но ответа она так и не дождалась…

Что было дальше она плохо помнила.

Кажется, она металась по залу в поисках выхода — его не было.

Кажется, она пыталась прорубиться Гасителем сквозь стену, а потом разбить витражное стекло — тщетно, ибо не было тут на самом деле ни стен, ни витражей, а сама она была заперта внутри разбитого зеркала.

Она пыталась кричать, пыталась пробить затянувшийся проем из посоха, но крики ее вязли в тишине, которая возвращалась снова и снова, а яркие вспышки посоха не могли прогнать царящие здесь сумерки.

Она обошла все помещения — не так уж и много их оказалось, и не встретила никого. Ни сомбор, ни того, что давеча клубилось и копошилось в дальнем углу, ни даже привратника Снисса.

Она была одна.

И хотя ей иногда слышался чей-то шепот, слишком тихий, чтобы разобрать слова, и чей-то далекий плач, она не нашла никого.

Она была одна.

В какой-то момент ей показалось, что чьи-то мягкие кожаные подошвы легко прошаркали по камню совсем рядом, а потом где-то открылась и снова закрылась дверь, но когда она добралась до комнаты, где впервые встретилась с хилавистой, она была пуста.

Осси была одна.

Где-то далеко, далеко, послышался всплеск упавшего в воду камня. Даже не всплеск, а такое «у-уп», как будто студенистая пасть раскрылась и поглотила его. Слабое эхо докатилось до нее, и будто шевельнулось что-то в коридоре, но когда леди Кай выглянула наружу, там не было ничего.

Она была одна.

Леди Кай прошлась по комнате, разглядывая корешки старинных книг, отодвинула тяжелую бархатную штору и подвязала ее. В бледном немощном луче, с трудом пробившемся сквозь грязное запыленное окно, заплясали пылинки. Она мазнула рукавом по стеклу, а потом принялась с остервенением оттирать многовековую грязь. С большим трудом ей удалось отчистить небольшой кусочек стекла и в нем открылось хмурое серое небо, перечеркнутое косыми струями мелкого как пыль дождя.

Осси попробовала разбить окно, но с тем же успехом можно было попытаться проломить головой стену.

Она была заперта. Она оставалась одна.

Она снова прошлась по комнате.