ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Советский Союз распался. Коммунизм мертв. Старую советскую систему страха и террора сменила анархия. В нынешней России мафия борется за власть и влияние, как некогда в Нью-Йорке, Чикаго, Италии. Пр... Петля Ник Гоуинг Глава 1 Три сотни пассажиров толкались, отпихивали друг друга, расшвыривали чемоданы и сумки, рылись в поисках своего багажа. Никто из экипажа и аэродромной обслуги не позаботился о том, чтобы разгрузить забитую дорожными вещами нижнюю палубу «Ил-86». Впрочем, так это было испокон веку. Так называемая перестройка, теперь уже окончательно рухнувшая, ничего не изменила. Полякова втянуло в бестолковые поиски. Он, как и прочие, локтями пробил дорогу к стеллажу, наметанным глазом увидел и цепко ухватил парусиновый портплед, выдавился по трапу в иссушающее пекло Центральной Азии. После ночного перелета его закачало. Свирепое солнце в безоблачном небе торчало прямо над головой. Жара обволокла и обессилила тело, приспособившееся к почти морозной погоде в Москве. Да и то сказать: летели пять часов, почти три тысячи километров, очутились совсем в другой зоне. Струйки пота побежали по спине, рубашка моментально взмокла. Он замедлил шаг по дороге к вокзалу. Спешить незачем: машина ждет наверняка. — Олег Иванович! Густой уверенный голос исходил из-под соломенной шляпы, сидевшей на голове подвижного человека среднего возраста с большим, словно пропитанным водкой носом. Встречающий вытер платком лоб и подчеркнуто приветливо протянул неприятно влажную руку. — Приветствую вас в Ташкенте, столице новой суверенной республики Узбекистан. Пройдемте со мной, пожалуйста. Неизвестный расплылся в широкой, похоже, искренней улыбке. Он испытывал явное удовольствие, громко произнося название новой, теперь независимой страны с двадцатимиллионным населением, которая только что возродилась после распада советской империи. Поляков повел себя так, как от него ожидали, хотя и с плохо скр

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Я сказал, остановись, товарищ. — Сильный акцент, повелительные нотки. Человек явно сохранил способность и мыслить и действовать.

Поляков замедлил было бег, но тут же побежал дальше.

— Я спасу вас, — солгал он, стараясь перекричать шум ветра. Ни отклика. Ни следа. Ничего. Только непроглядная тьма и лед вокруг.

— Где вы? — снова крикнул полковник. — Говорите. Мычите. Хоть как-то подайте голос, товарищ. Иначе я не смогу вас спасти.

Молчание.

Олег Иванович кинулся бежать со всех ног, на ходу сообразив, что резко выделяется на снегу в своей маскировочной куртке. Вдруг он споткнулся и посмотрел под ноги. Что это? Большое, лохматое. Поляков услышал тихий стон, уловил едва заметное движение. И снова неподвижность.

— Раджабов?

Ответа не последовало.

Поляков осторожно откинул шелковистый мех. Раджабов лежал, уткнувшись лицом в снег, одетый в роскошную Наташину шубу из полярной лисицы, — успел ухватить, прежде чем трусливо сбежать с разоренного, наполовину сгоревшего «Максима Горького».

Поляков осмотрел лоха, но не обнаружил никаких признаков жизни. Лицо «крестного отца» было изуродовано осколками. Итак, Раджабов мертв и больше не представляет угрозы для Марченко. Он потерял не только золото, но и жизнь и унес с собой все свои тайны.

Полковник с наслаждением вдохнул свежий морозный воздух. Ветер и снег не ослабевали.

Что делать с телом Раджабова? Оставить на месте? Чтобы утром его нашли бродячие собаки или рыбаки?

Поляков решил иначе.

Глава 50

Целый час тащил Поляков узбека до причала, намереваясь предъявить Марченко в качестве вещественного доказательства.

Задача была не из легких, «крестный отец» имел вес весьма солидный, но Полякову помогла отполированная ветром ледяная поверхность водохранилища. Обмотав ремень «Калашникова» вокруг кистей рук покойника, полковник поволок его как санки.

Но чтобы переправить тушу дохлого Раджабова на причал, Полякову пришлось привести в действие один из погрузочных кранов.

Теперь возникла проблема с Марченко. Где его искать? Поляков обошел всю среднюю палубу «Максима Горького», заглядывал в окна, двери и вдруг наткнулся на генерала. Тот лежал на полу в одной из кают возле кресла, на которое у него, видимо, не хватило сил взобраться. Лицо его покрывала смертельная бледность. В тусклом свете, проникавшем снаружи, он выглядел глубоким стариком.

— Виктор Петрович, вы живы?

Марченко шевельнулся.

— Раджабов? — с трудом произнес он запекшимися губами.

— Мертв.

— Ты убил его? — собравшись с силами, спросил генерал.

— В общем-то да, — как-то неопределенно ответил Поляков.

— Я не спрашиваю, как ты это сделал, — сказал Марченко, — мне все равно. Главное, что сделал. Что помог захватить его золото. Я всегда в тебя верил. Не зря выложился до конца, чтобы завербовать тебя.