ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Известный роман не менее известной ингушской романистки Доухан Балаевой, ныне не очень почитаем на территории Ингушетии... Доухан Балаева Мадина Июльский вечер мягко стелется над селом, постепенно погрузившимся в обычные на исходе дня заботы. Многоголосое стадо уже разбрелось по дворам, и некоторое время относительную тишину нарушает то нетерпеливо- требовательное, то жалобно- просительное мычание, доносящееся из дворов, где хозяйки по каким- то причинам не спешат к своим буренушкам с подойником. Мадина вошла в соседский двор, осторожно неся в вытянутых руках наполненную доверху банку. Навстречу, радостно повизгивая, бросился Дружок, большая черно- белая дворняга. Так и подмывало налить в стоявшую у конуры плошку молока, но от соблазна удержала мысль, что неудобно принести неполную банку. В небольшой уютной комнате, служившей хозяевам одновременно и кухней, и столовой, была одна тетя Люба. Поздоровавшись и оставив на столе банку, Мадина прошла к Наташе, встретившей ее задиристым: - Наконец- то! Уже час как Сережку за тобой посылала. - Почему сама не пришла, если так срочно? Ну, что у тебя? . . Говори скорее, не томи, - перешла на шепот Мадина, усаживаясь на свое излюбленное место - в угол дивана. - Вот! Справочник достала! Теперь начнем всерьез готовиться, - ликующим тоном объявила Наташа. Ее, от природы очень подвижную и жизнерадостную, в минуты возбуждения энергия так и распирала. - Издеваешься? . . От обиды, что лишена возможности разделить радость подруги, глаза Мадины наполнились слезами. Наташину веселость как рукой сняло. Она подсела к ней, обняла. - Мадиночка, да уломаем мы их! Ну неужели Муслим за тебя не заступится? - Брат- то написал. . . Но они ни в какую. . . после того случая из дома не хотят выпускать. - Это когда тот усатый коротышка выкрасть грозился? Но ты-то чем виновата! Ма- ам, мама- а! Вошла тетя Люба, вопросительно взглянула на сидящих в обнимку

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сам убедишься, что зрелище стоящее. . . Друзья тихонько прошли на веранду и стали по обе стороны от приоткрытого освещенного окна, из которого лилась джазовая музыка. Через тюлевую занавеску вся комната была видна как на ладони, и они, прячась в тени, наблюдали за происходящим.

Посреди комнаты четверо дев- ек танцевали под модный джаз. Это были Лида, Мадина и две соседские девки. Ибрагим сразу обратил внимание на Мадину, заметно выделявшуюся среди них. Она исключительно чувствовала ритм, и изящные движения ее тонкой пластичной фигурки и непривычно оголенных стройных ног сливались с музыкой воедино. - Я и не подозревал, что этот хулиганский танец можно исполнять так красиво. Ибрагим не отрывал взгляда от Мадины. Он просто не узнавал ее такую, как он считал до сих пор, тихоню и скромницу. Но вот пластинка кончилась и девки расселись кто где. Мадина упала на стул напротив окна, расслабилась, свесив руки и откинув назад голову.

Ибрагим дальше уже не хотел терпеть присутствие Беслана, тихо попросил: - Иди- ка покарауль во дворе, чтобы Фатима не застукала меня за этим занятием. Неудобно как- то. Беслан удалился. Тем временем девки, поставив цыганский танец, принялись уговаривать Мадину. - Да настроение не то, и устала я, - лениво отмахнулась она, оставаясь в прежней позе и утомленно прикрывая глаза. Лида, подмигнув подругам, тихонько, подкралась к ней, обхватила руками ее обнаженные ноги. Мадина, пронзительно взвизгнув от неожиданности, вскочила, с грохотом опрокинув стул. девки закатились от смеха. Мадина бросилась к Лиде, явно намереваясь отомстить, но подруги, хохоча, насильно усадили ее между собой. - И чего так испугалась? Или боишься, что из- за такого прикосновения тебя на третью ночь домой прогонят? . . Слова Лиды вызвали новый взрыв смеха. На этот раз вместе со всеми смеялась и Мадина. - Сумасшедшая! Так и заикой недолго оставить. Только попробуй еще дотронься до меня. И что тогда будет? . .

- - Ты же знаешь, терпеть не могу такие шутки. Все! . . Я обиделась и ухожу домой! Мадина попыталась встать, но девки удержали ее на месте и освободили от своих цепких рук лишь когда она согласилась танцевать. Мадина порывисто поднялась и, развязав поясок, отпустила платье, которое было специально подтянуто много выше колен, как того требовала тогдашняя мода. Распустила волосы, мгновенно рассыпавшиеся по плечам и спине крупными верными волнами. Лида достала из шкафа юбку и ловко надела на Мадину прямо поверх платья. Мадина перед зеркалом оправила на себе эту яркую цветастую юбку, представлявшую из себя сплошные фалды, ниспадающие до самого пола, и, настраиваясь на танец, медленно вышла на середину комнаты. Тем временем одна из дев- ек переставила уже царапавшую пустую пластинку иглу проигрывателя.