ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Перевели с английского и пересказали для детей Д. Дар и В. Паперно.Рисунки С. Острова. Моби Дик Герман Мелвилл Об этой книге и ее авторе Эту книгу написал американский писатель Герман Мелвилл. Он родился в 1819 году. Когда ему было 13 лет, его отец умер, оставив без всяких средств к существованию жену и восьмерых детей. Из Нью-Йорка семья переехала в маленький городок Олбени, где Герман, бросив школу, стал работать. Работал он рассыльным в банке, батраком на ферме, приказчиком в магазине. Урывками учился и очень много читал. В пятнадцать лет он уже принимал участие в диспутах местного филологического общества, состоявшего из адвокатов, учителей и журналистов. Девятнадцатилетнего Мелвилла избирают президентом филологического общества. В это время он служил приказчиком в шляпном магазине своего брата. Но вскоре брат разорился и юный президент остался со своим почетным званием, но без гроша в кармане. Поиски работы привели его на борт пакетбота «Св. Лоуренс», где как раз требовался юнга. Проплавав одно лето, Мелвилл вернулся в Америку и снова стал искать работу на берегу. Но, то ли не мог найти себе дела по вкусу, то ли море уже заронило в его душу искорку, которая разгорелась затем неугасимым стремлением к морским странствиям, только зимой 1841 года начитанный и мечтательный юноша поступил матросом на китобойное судно «Акушнет». В то время китобойный промысел был полон опасностей и приключений. Повстречавшись с китом, с корабля спускали шлюпки, на которых гонялись по океанским волнам за животным, пока не вонзали в его тело гарпун. Такая захватывающая дух погоня, постоянная борьба с морской стихией, вечный запах крови и ворвани, длительность плавания (иногда китобойцы по три-четыре года не возвращались в родной порт), привлекали к этому промыслу только самых отчаянных бродяг, беглых каторжников, пропойц, то есть тех, кому нечего было терять. Вот в такой ком

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Разве мы с вами не слышали, как кричали их души?

Капитан «Рахили» смиренно ждал решения Ахава, но Ахав стоял недвижим и невозмутим.

— Что же вы молчите, капитан? — продолжал умолять его неутешный отец. — У вас и самого есть сын, правда, сейчас он еще мал, но придет время, и он тоже выйдет в море. Помогите мне, капитан Ахав, как я помог бы вам в подобном случае. Да, да. Я вижу, что вы не откажете мне в помощи, что у вас доброе сердце, так давайте же не терять времени. Люди! Бегите к реям, готовьтесь к перемене галса!

— Ни с места! — вскричал Ахав. — Не троньте брасы! — Затем он произнес медленно и тяжко, словно отливая из стали каждое слово:

— Капитан Гардинер! Я не могу помочь вам. Даже сейчас я непозволительно теряю время. Прощайте, капитан. Надеюсь, бог простит Ахава, а Ахав простит самого себя. Я должен идти прежним курсом, капитан Гардинер, я не могу потерять ни одного часа. Мистер Старбек, позаботьтесь о том, чтобы через три минуты на борту «Пеко- да» не было никого посторонних, затем ложитесь на прежний курс.

Отдав такое приказание, капитан Ахав, ни на кого не глядя, пошел к своей каюте. Капитан Гардинер, пораженный столь категорическим отказом, на минуту оцепенел, потом, беззвучно шевельнув губами, неловко шагнул к борту, спу-стился в шлюпку и вернулся к себе на судно. Корабли разошлись.

Мы еще долго видели, как «Рахиль» поминутно меняла курс, едва заметив на воде малейшее пятнышко. То вправо, то влево устремлялся корабль, паруса то наполнялись ветром, то снова опадали, а реи по-прежнему были усеяны матросами, тревожно разглядывающими океанскую пустыню.

(Ахав направляется к трапу, ведущему на палубу. Пип хватает его за руку и хочет идти за ним.)

Глава шестьдесят шестая

В капитанской каюте

— Не ходи со мной, сынок. Останься здесь. Нельзя тебе повсюду ходить за мной. Жди меня здесь, в каюте, словно ты — капитан. Садись на мой стул, привинченный к полу, и сиди, будто ты и сам к нему привинчен.

— Нет, нет, нет! У вас ведь нет ноги, сэр! Позвольте мне стать вашей ногой, чтобы вы могли на меня опираться.

— О боже! Я видел в этом мире столько подлости, но сейчас опять начинаю верить в сияющую верность человека.

— Мне говорили, сэр, что однажды Стабб покинул в океане Пипа, а ведь Пип был маленький черный мальчик. Но я вас не покину, капитан Ахав, никогда не покину. Я пойду с вами, сэр!

— Нет, мальчик, это невозможно!

— О, мой добрый господин, мой господин!

— Не плачь, не надо, маленький! Ты будешь слушать, как стучит по палубе моя нога, и по стуку узнаешь, где я. Да благословит тебя господь!

(Ахав ушел. Пип делает шаг вперед.)

— Он ушел, а я остался. Совсем один. Хотя бы бедный Пип был здесь со мной. Но его нет. Он утонул. Дин-дон- дон! Дин-дон-дон. Кто видел Пипа? Он где-то здесь. Может, за дверью? Ну-ка, посмотрим.