– Ничего, это бывает, – ровным голосом ответила она и легко перевела разговор на другую тему.
Минут двадцать мы обсуждали ужин и кулинарные изыски замкового повара. Затем она встала и сообщила, что уходит.
Я проводил ее взглядом до двери и зачем-то пробормотал:
– Подождите.
Она обернулась и посмотрела вопросительно. И я понял, что мне плевать. Плевать, сочтет ли она это неприличным, или откажет, или, быть может, найдет мои устремления смешными. В конце концов, мужчина я или нет? Это романтичным девицам пристало вздыхать о возлюбленном, сидя у окна. Но никак не мне.
– Алатея, сегодняшний поцелуй…
– Андрей, – теперь уже она перебил меня, – для любой женщины этого мира даже доля внимания Странника – великая честь.
Я поморщился, в таком ключе разговор мне совершенно не нравился.
– Многие отдали бы все, лишь бы иметь возможность быть рядом с вами, – продолжала она. – Поверьте, я не исключение. Меня, несомненно, притягивает возможность быть рядом с вершителем судеб мира. И знаете, Андрей, эта страсть усугубляется личной симпатией. Вы мне нравитесь. Уж поверьте, не так часто встречаются умные мужчины, способные трезво смотреть на жизнь. И, что еще важнее, говорить с женщиной на равных. Боюсь, среди наших аристократов таких, как вы, можно перечесть по пальцам одной руки. Кроме прочего, я уважаю вашу силу духа, вы смелый человек. А потому простите мне мою сегодняшнюю слабость. Вы слишком хороши для меня, и я не могла удержаться. – Она слегка покраснела.
Я от такой речи, мягко говоря, обалдел. И как теперь себя вести? С одной стороны, Алатея прямо сообщила, что я ей нравлюсь. С другой – вся эта история со Странником… В чем в чем, а в этом вопросе я не хотел быть Странником. Я предпочел бы остаться просто мужчиной. Однако красавица не оставила мне времени на сомнения:
– Андрей, простите меня, но, как бы ни было горячо мое желание быть с вами, я не могу себе позволить этого.
Я резко встал, хотел что-то ответить, но почему-то потерял дар речи.
– Поймите меня правильно, вы не привыкли к отказам, и я не хотела бы отказывать вам. Но за моими плечами честь моего рода. Любая женщина мира может быть вашей, но не я.
Она опустила глаза и замолчала. Я продолжал стоять как истукан. Что-то происходило прямо здесь, прямо сейчас, но я, похоже, опять упускал главное.
– Алатея, – позвал я осторожно.
Она резко вскинула голову, и я с ужасом увидел, что она плачет.
– Да, – громко сказала она, – я вас люблю. Но знайте, я никогда не стану любовницей: ни вашей, ни кого-то другого.
И она вышла, громко хлопнув дверью. А я так и стоял в оцепенении, не соображая, что вообще произошло. Таких эмоций от герцогини я не ожидал. Да и ее слова меня совершенно обескуражили.
Выходит, она влюблена в меня? С трудом верится.






