ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

С тех пор как исчезла его дочь Элизабет, благородный владелец поместья «Тринадцать ветров» Гийом Тремэн не находит себе места. Ей всего шестнадцать, она впервые полюбила и, поддавшись чувству, последо... Изгнанник Жюльетта Бенцони Часть первая Охота Лето 1803 года Глава I Зима рыцаря Господня Гроза, ворча, удалялась. Она была короткой, сильной, но благотворной: воздух снова посвежел. Это была одна из тех летних гроз, которые встречают с благодарностью, когда иссохшая земля не видела ни капельки воды уже много дней, когда солнце нещадно печет и все вокруг как будто молит о дожде. Укрывшийся вместе с конем под навесом скалы Гийом Тремэн даже сожалел о том, что ливень оказался таким коротким. Он был просто необходим для роста трав на пастбищах! Но, посмотрев на меняющееся небо, он подумал о том, что гроза может вскоре вернуться. В этот момент грозовое облако, должно быть, огибало маяк в Экуве, который вместе с горой Лез-Авалуар считается одной из вершин Нормандии. Гийому показалось, что раскаты грома следуют за ним по пятам... В этом случае ему следовало поторопиться, чтобы попытаться добраться до Монтрувра. Насколько он знал, до замка было уже недалеко... Черный жеребец Гийома упирался: он не хотел продолжать путь. Сахиб любил ветер, но ненавидел гром и чувствовал его неминуемое возвращение. Тремэн сделал несколько шагов, ведя его под уздцы и пытаясь сориентироваться. густой дубовый лес, словно плащ, покрывал высокий холм и спускался до ворот Алансона. Он напоминал подводный пейзаж, играя бесконечными переливами зеленого цвета с разнообразными оттенками синевы. В тишине, которая, казалось, не нарушается целыми веками, было что-то магическое. Гийом с радостью бы задержался в этом удивительном месте, но приближался вечер. Ему следовало прибыть в замок до наступления темноты... Когда Гийом вернулся на тропу, с которой ему пришлось свернуть, чтобы укрыться от дождя, он на м

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Из маленького портмоне Гийом достал последнюю записку Элизабет и булавку с геральдической лилией, которой она была прикреплена к потнику лошади. Он протянул оба предмета старику, который пробежался глазами по тексту записки и на мгновение задержал в пальцах крохотное золотое украшение. Наконец, он вздохнул:

— Что я могу вам сказать? Если вы видели Алексиса Ле Венера, он должен был сказать вам, что вот уже почти пять лет я живу здесь, вдали от всего и от всех. Откуда я мог бы знать, где находится мой король?

— Вы были так к нему привязаны! Почему же вы его покинули? И покинули ли вы его? В конце концов, последнее время он провел в Нормандии, и вы тоже здесь. Уж не прячете ли вы его где-нибудь в вашем огромном замке?

— Прятать его? От кого, от чего? Разве вам неизвестно, что он объявлен умершим в Тампле в 1795 году? Его никто не ищет. Что же до меня, то я умер бы от стыда, если бы мне пришлось принимать его в такой нищенской обстановке. Ищите его в другом месте, господин Тремэн! Здесь его нет. Должен ли я дать вам слово дворянина? — добавил он с высокомерием, которое смутило его гостя.

— Это ни к чему, и я прошу у вас прощения. Но постарайтесь меня понять: с тех пор как моя дочь исчезла, я как будто в аду. Ей всего шестнадцать лет, но она вовлечена в авантюру, всей серьезности которой она определенно не осознает. Я слишком легкомысленно отнесся к ее чувствам, которые зреют в ней с тех самых пор, как ваш протеже появился в «Тринадцати ветрах». Она полюбила его сразу, той детской любовью, которая, как я знаю по собственному опыту, может наложить отпечаток на всю жизнь. Элизабет так и не смогла его забыть.

— И он тоже не смог. Я знаю, что он не переставал думать о ней до того дня, когда мы с ним расстались. Если он вернулся в Котантен, то только ради нее.

— Но почему не для того, чтобы собрать своих сторонников? Разве не носил он титул герцога Нормандского? — с горечью вопросил Гийом. — Он мог бы убить одним ударом двух зайцев.

— Друг мой, вспомните, что ему всего лишь восемнадцать лет. В этом возрасте живут только сердцем. Я полагаю, вы искали свою дочь?

— Разумеется. Я обыскал пляж, где они встретились, проехал по берегу, спрашивал рыбаков и крестьян. Лишь один из них сумел заметить одномачтовую яхту, которая подплывала к песчаному берегу, куда последние несколько дней Элизабет отправлялась на прогулку. Но он видел только черный корпус и белый парус. А потом яхта отчалила. Судя по всему, она направилась в Шербур. Я расспрашивал людей и в городе, и в порту. Безрезультатно! Море не хранит следы кораблей... И тогда я подумал, что вы, возможно, по-прежнему с ним. И решил выяснить, не дошли ли новости о вас в эти места...