ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Неуязвимый, всесильный, завораживающе прекрасный хищник… Может ли он разглядеть в жертве равного себе? Способен ли он на любовь? И если да… То будет ли она человеческой?..У Дианы странное детство —... Присвоенная Марина Багирова Авторы выражают глубокую признательность Ольге Реутовой за помощь в работе над текстом. Только Павел с Наташей иногда проявляли чудеса смелости и пробовали с ним заговорить. За эту провинность, единственную, их наказывали почти так же сильно, как меня за любую оплошность. Он направлялся в мою комнату, и я покорно следовала за ним. Всегда. Было в Кристофе что-то удерживающее от необдуманных поступков, таких как побег… или нож в спину. Даже ребенком я чувствовала: это — неизбежно! Никто и ничто не поможет. Мне все равно придется остаться с ним наедине. Потом он закрывал дверь, поворачивался ко мне, подходил вплотную. И его взгляд резко менялся. Я боялась этого момента больше всего! Было такое чувство, будто он рукой хватал меня за горло, вытряхивая последние крохи сопротивления. Под его бесконечным взглядом само время переставало существовать. И я летела, летела в бездонную пропасть… И никогда не могла достичь дна, чтобы разбиться, наконец, о его черный гранит и получить избавление от моего мучителя… Но тут меня проглатывала темнота — почти приятно. Я лишь боялась, что однажды останусь в ней навсегда. Когда я просыпалась, его уже не было рядом. На шее или руке я иногда находила маленькие темные точки, которые потом тщательно, с непонятным для самой себя стыдом маскировала. Едва заметные, будто след от укола, они слегка беспокоили при нажатии, но не более того. А вот голова просто разрывалась от боли, надолго укладывая меня в постель. Обычно мне требовалось несколько дней, чтобы окончательно прийти в себя после этих «визитов». Все попытки пожаловаться родителям на боль, которую причинял мне Кристоф, наталкивались на глухую стену. В назидание, что

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Немного глупо, на мой взгляд, но с охраной — никакого риска.

Под влиянием внезапного импульса я сообщил ему, что подключусь к ее охране лично. Естественно, ответом послужило удивление, но он был рад, что я принял подобное решение. Вопрос в том, зачем я это сделал?

Кажется, ребенка назовут Дианой — очень красивое имя.

* * *

Почти с тоской вспоминаю время, когда одна мысль об охоте будоражила меня. Сейчас это ритуал, не более. Ничего нового, ничего захватывающего, ничего желанного — обычная потребность организма.

Я по — прежнему навещаю Лиможе, но она начинает подозревать неладное, спрашивает, как мне удается так быстро и неслышно передвигаться.

Поистине бедная женщина, она даже перестала встречаться с другими мужчинами, боясь моего гнева. Возможно, и не зря, но ревность не имеет к этому отношения — меня не волнует, что она делает в мое отсутствие… хотя, должен признать, забавно видеть, как она вздрагивает, когда я посреди ночи появляюсь у нее в квартире. Я уже давно не позволял себе подобной неаккуратности. Не знаю, что на меня нашло.

* * *

Не могу не замечать человеческой глупости. Снеговы решили, что лучший выход — забыть о собственной дочери. Еще не родившись, для них она уже давно умерла. Идиоты, они не видят, что из-за их безразличия Диана постоянно в опасности. Куда подевался тот ангел, каким она была в детстве?

Она меня очень боится, и это смешно. Как странно, она будто чувствует мое присутствие, даже оборачивается в мою сторону, когда я подхожу слишком близко.

* * *

Я ведь мог дать ей отсрочку. И все равно пришел именно в этот день — хотелось увидеть ее реакцию. Меня начинает злить постоянный страх, который она испытывает по отношению ко мне.

Что я делаю? Я, считавший себя образцом терпимости, хочу навредить малолетней девчонке, которая без нашего заступничества жила бы на помойке!

Когда Диана заплакала, я был близок к тому, чтобы уйти, сделать для нее эту уступку. Но она подняла глаза, и я передумал — они были полны ненависти. Даже умоляя о снисхождении, она не способна смириться! Глупая мятежница, твой удел — покоряться, и очень скоро ты это поймешь. Пусть только твоя кровь созреет для использования, и не придется тебе больше купаться в роскоши.

* * *

Я познакомился с одной из ее подруг. Сама Диана пытается игнорировать меня, но у нее ничего не получается. Она думает, что может обмануть меня натянутой улыбкой. Я вижу, насколько она зла, и мне это нравится.

Интересно, почему?

У подруги приятно пахнет кровь. Надо будет устроить ее отъезд за границу, чтобы у Дианы не возникло ненужных вопросов. Таких, как, например: «Куда исчезла подруга?» Кстати, как же ее зовут?

* * *

Я наблюдаю за ней каждый день — необъяснимым образом нахожу на это время.