Если бы… если бы я знал с самого начала! Ведь в наших источниках не было и слова о продолжительности жизни тех, кто нес в своих венах бесценное лекарство. Конечно, время могло стереть воспоминания, как делало это бесчисленное количество раз за существование человечества. И, безусловно, записей были единицы. Но, может быть, мы с привычным равнодушием просто выпивали свое лекарство до конца, досуха? Так и не разглядев тайны.
Иногда просыпался прошлый я, уже почти незнакомец, и беззвучно ревел внутри: «Если бы я только знал, то ни за что бы ее не отпустил, не отдал! И все тридцать лет она была бы рядом со мной!»
Ненавидя меня. Конечно же.
Терзаясь, я заглянул в этот тупик сотни, а пожалуй, и тысячи раз. Пока понял: нет, это не выход!..
Внезапно я пошатнулся, потеряв опору в мире, который сузился до полосы. До точки.
Не может быть…
Но тут насмешник ветер переменился, бросив мне в лицо ворох запахов, ненужных до безумия, несущих всю какофонию утренней спешки соседних городков: от свежей выпечки до вони мусоропроводов.
Я чуть не закричал: «Вернись!»
Встревоженно перебирая оттенки, ноты и нюансы, читая вселенную не с той, не с нужной стороны, я уговаривал себя: мне просто показалось. Ведь я так ждал! Что должен был хоть раз, но ошибиться, хоть раз, но обмануться — за столько лет. Не может быть, чтобы…
Обиженный моим неверием, ветер зачерпнул воздушный океан, дотянувшись до источника — до точки.
Я не ошибся.
Прозрачно — неуловимый, едва намеченный, но до томления знакомый, влекущий, не вызывающий сомнений в принадлежности, ее запах вился паутинкой издалека, дрожа, смещаясь, исчезая — и вызывая боль в моей груди, а после появляясь с новой силой, дразня присутствием.
Диана.
Куда же она едет? Так далеко от побережья. Так далеко от дома. И так близко от меня.
Костер внутри взорвался солнцем.
Она… так близко, что я мог бы… через какой-то час… лишь час!.. Она так близко!
С закрытыми глазами и ослепленный сиянием внутри меня я напряженно отслеживал смещение центра вселенной. А он передвигался все быстрее, все явственней.
Внезапно я сильно пожалел, что не выставил охрану. Что случилось? Куда она так мчится? Может, заболела и ее везут в скорой? Не помню, чтобы она болела раньше. А может?..
Мир почернел от моей ярости.
Какой же я идиот! Развел человеческие сантименты! Конечно, надо было охранять ее, беречь как зеницу ока! Как я мог забыть о ее ценности?! Не для меня — об этом я помнил каждое мгновение, но ведь были и другие, кому она могла понадобиться. Как когда-то Мойре.
Разорву на части! Сотру с земли, если хотя бы волосок… если хоть единый волосок!..
И только тут я понял, что запах приблизился.
Рычание затихло в моей груди.
У самого лица промчалась птица — так неподвижно и так долго я стоял. А потом вмиг спустился с крыши… и снова замер.






