ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Раз в месяц для Марио Кассара, получившего в наказание за совершенное преступление «розетку», открывается комната, в которой он волен выбрать один-единственный камень. Оникс? Сорок четыре дня жизни. Р... Сапфир Вероника Мелан © Мелан Вероника, 2016 Нет, это место однозначно ей по душе. И пусть кошелек практически пуст, а в планах пока ни профессии, ни скорого трудоустройства, у нее уже есть дом. Вилла. Особняк. Ее личная резиденция — покои королевы Ланы Первой Далински. И уже совсем скоро она увидит их собственными глазами. Переход — это новая жизнь. Прежнее тело, но пустая голова. Память о себе как о человеке, но отсутствие воспоминаний о других — какими они были, зачем? Нет их более, и хорошо. Переход — это, как отдать долги. Все разом. Возможно, раньше ты кого-то любил, но забыл его без сожалений и душевной муки. Друзья? Наслаждался их компанией, но ушел, легко махнув на прощание рукой. Плохой начальник — хороший начальник? Был да сплыл. Коллеги? Найдутся новые, равно, как и новые знакомые, дела, отношения… Переход — это полная свобода: от прежних чувств, радостей и тревог, от накопленного багажа, свобода от себя самого. И Лана этой свободой наслаждалась в полной мере — шагала по мощенной мраморной плиткой дорожке, раскачивала зажатым в руке легким чемоданом — туда она, кажется, сложила одежду (и благополучно забыла, какую), и, чем ближе подходила к своему новому жилищу, тем больше пьянящих пузырьков ощущала в теле. Вилла. Ее собственная вилла. За что начисляют баллы при переходе? За достижения в трудовом или социальном плане? За верно пройденный этап, накопленную мудрость, совершенные в прошлом правильные выборы? За доброту, позитивные мысли, отсутствие ошибок? За что бы их там ни начисляли, вероятно, Лана могла в полной мере гордиться собой, потому что никому (ну, хорошо, почти никому, так ей в этот радостный момент верилось) при переходе не позволяли вселиться в

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

По неподтвержденным данным за организацию совершения серии преступлений с целью получения выгоды и за создание «секты», вот уже два года использовавшей обиженных женщин в качестве орудия мести, мисс Кавелли понесет наказание в виде длительного лишения свободы в одной из тюрем строгого режима…

— Ого…

Мо присвистнул с удивлением и удовлетворением.

— Есть в жизни справедливость, а?

Стоящей на втором этаже Лане вдруг стало легче дышать. Тату, хоть и исчезло тогда, когда Марио лежал в коме, заставляло ее тревожиться — а что, если придут? Что, если потребуют деталей о выполнении задания, которое она изначально не собиралась выполнять? Не пришли. И уже не придут — праздник, просто камень с души, редкое и совершенно искреннее спасибо Комиссии в этом случае. Молодцы.

А почта все-таки пришла. Лана читала письмо, затаив дыхание:

«Уважаемая мисс Далински…»

На этом месте Лана хмыкнула — скоро она будет миссис Кассар — они просто не успели сделать красивую гравировку на кольцах. Обоюдно решили, что обойдутся «без самоцветов».

«… Я прослушал запись, которую вы мне прислали, и мне понравилось. Как продюсер студии ДингоРекорд заявляю, что имею даже пару идей, как можно аранжировать подобную музыку и превратить ее в альбом, который будет успешно продаваться. Однако для этого мне требуется услышать больше. Вы могли бы попросить мистера Кассара записать еще несколько композиций его собственного сочинения?»

Лана зажмурилась от нахлынувшего восторга. Три дня назад Марио наигрывал новую мелодию, и она записала. Отправила менеджерам музыкальных студий восемь писем, и один из них ответил! Ответил! Создатель, сколько радости… чуть позже она сообщит об этом Мо.

Грохотал по крыше ливень, мыл стекающими ручьями стекла; клубилось над кварталами, домиками и отелями Ла-файи тяжелое серое небо.

А Лана была счастлива.

Человеку нужен человек.

Еще совсем недавно жизнь прокатила ее «мордой по грязи» — едва не отобрала самое ценное, заставила вдоволь хлебнуть страданий, но Лана не обиделась. Она вдруг стала благодарной за то, что поняла нечто ценное: человеку не нужна хорошая работа — ему нужно любимое дело. Человеку не нужен просто хороший человек — ему нужен один-единственный человек, любимый. А все остальное в жизни — антураж. Хорошо, когда он красивый, не страшно, когда неприглядный, потому что любовь, независимо от погоды, творит с сердцем чудеса.

— Родная, попкорн готов. Можно смотреть фильм.

— Иду!

Она все еще сидела, переполненная счастьем, как пузырьками шампанского.

Хорошо, когда есть время. Потому что время — это любовь, любовь — это время. Человек умеет жить, чувствовать, понимать и любить, когда не торопится.

У Марио чистая грудь. Патриция в тюрьме. Теперь у них есть время.