— Друзья мои! — проникновенно начал свою речь майор Эймс. — Мы собрались здесь, в обители Божьей, чтобы проститься с нашей сестрой Энн Кэмпбелл.
Послышались всхлипы и сдавленные рыдания.
— Капеллан тоже трахал ее, — прошептал я на ухо Карлу.
Его тяжелый подбородок на сей раз все-таки отвис.
День определенно оставлял мне некоторые возможности.
Глава 35
Скромная панихида шла своим чередом: молитвы сменялись органной музыкой, органная музыка — гимнами. Старшим офицерам положено посещать церковь, традиции армии незыблемы в этом отношении. Однако большинство офицеров стремятся избегать принятия какой-то определенной конфессии, что гораздо спокойнее, бесцветнее и незаметнее, в полном соответствии с карьерой обычного служаки.
Другой стороной этого феномена является возможность выбора по своему вкусу соответствующих каждой конфессии свадебных или похоронных ритуалов. По собственному опыту могу вас заверить, что у католиков похоронная служба может затянуться довольно надолго, и не каждый ее выдержит, особенно если это человек преклонного возраста.
Так или иначе, но в намеченный момент на амвоне появился для произнесения прощального слова полковник Фоулер. Обращаясь к родственникам, друзьям, сослуживцам и коллегам покойной, он, в частности, сказал:
— Мы, военные, нередко становимся свидетелями безвременной кончины молодых еще мужчин и женщин из нашей среды либо слышим о ней. Это не вырабатывает у нас привычки к смерти и не притупляет наших чувств, но скорее заставляет больше ценить жизнь, наполняя нас осознанием того непреложного факта, что мы обязаны бороться со злом. Принимая присягу, мы отчетливо понимаем, что обязуемся в любой момент откликнуться на призыв и, рискуя жизнью, встать на защиту отечества. И, получая высокое звание офицера в военной академии, Энн Кэмпбелл тоже понимала это и потому доблестно сражалась в Персидском заливе. Не забывала она об этом и здесь, в Форт-Хадли, когда добровольно вызвалась обеспечивать безопасность гарнизона, чтобы другие люди спокойно спали в своих домах и в казармах. Ее никто не обязывал делать это, она действовала из своих убеждений, выполняя свой долг, ибо такова была натура Энн Кэмпбелл: она никогда не ждала, пока ее попросят…
Слушая полковника Фоулера, я поймал себя на мысли, что, не знай я подоплеку всей этой истории, я, пожалуй, поверил бы ему. Молодая женщина-офицер, ревностно выполняя свой долг, добровольно заступает на ночное дежурство и во время обхода постов становится жертвой убийцы. Подлинная трагедия. Но еще печальнее было то, что истинные обстоятельства ее гибели выглядели ужаснее вымышленных и заслуживали не меньшего сожаления.






