Он посмотрел на нее с таким мягким выражением лица, что она невольно задумалась, не принял ли он ее потрясение за страх. Девушка неуклюже шагнула вперед, и, к удивлению обоих, обвила отца руками, зарывшись лицом в его плечо.
Жив
.
– Ты… Ты в порядке? – спросил он, робкой рукой придерживая ее за голову.
За ним и вокруг него в шатер врывались мужчины и женщины в одеждах от двадцатого до первого веков, сжимая в руках оружие. Вела нападающих Ли Минь, закутанная в черные шелка. Она рвалась вперед, скользя через схватку, явно кого-то высматривая. Николас и София оказались заперты за кровавым валом трупов, непрерывно растущим, отсекая их от остальных: и нападавших, и их жертв, от мужчин и женщин, сжимавших своих мертвых, кричавших, пока и им самим не выпадал черед замолчать. В дыму, заполнявшем помещение, было не отличить тень от Тени.
Николас споткнулся, удар в спину бросил его на колени. Ли Минь выгнулась назад, словно тетива лука, и вот она уже летела вперед, прямо к нему. Вытянув маленький кинжал из сапога, она вогнала его в шею Тени, прижавшей Николаса и Софию к столу. Размах эмоций, взорвавшихся на лице девушки при виде своей спасительницы, было не описать никаким словами.
– Я все равно тебя не прощаю! – прокричала она.
Ли Минь ударом ноги подкинула вверх серебряное блюдо, лежавшее на куче парусины и дерева. Человек – один из Айронвудов – выхватил пистолет и прицелился, но тяжелое блюдо отвело пулю от Николаса и Софии, а затем сшибло стрелка с ног. Следующим движением Ли Минь достала меч из воздуха и вогнала его в спину Тени, оправившейся настолько, чтобы нацелить свой коготь и меч в лицо Софии. Николас, с окаменевшим от сосредоточения лицом, вырвал меч, засевший между лопаток, и начал рубить им Тень с холодным бесстрастием человека, прошедшего – и победно – намного больше битв, чем противник мог себе вообразить.
София схватила Ли Минь за плащ, притянула к себе и крепко обняла под треск огня, перекинувшегося со свечей на полотнище и охватившего весь шатер.
– Терны! – выкрикнул кто-то, перекрывая общий шум, модуляции речей Темного, стоны умирающих и визг путешественников, в панике пытающихся убежать.
Другой голос:
– Хемлок!
Генри отшвырнул Этту в сторону. Она скорее услышала, чем увидела выстрел, прорвавшийся сквозь лязг металла. Генри дернулся, но не упал – Этта кинулась поддержать его, одновременно пытаясь сдвинуть, чтобы увидеть, куда его ранило, но увидела лишь, что одетый с иголочки человек за его спиной осел на пол с дыркой в черепе.
Дым от горящего шатра начал вытеснять воздух, но рассеялся, когда вперед вышла ее мать – без маски, с винтовкой в руке, теперь нацеленной прямо на Генри, который спокойно поднял меч и так же спокойно приставил его к месту, где тонкая бледная шея Роуз переходила в плечо.






