ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В этом романе Юй Хуа (р. 1960), один из самых ярких современных китайских прозаиков, через историю взаимоотношений двух сводных братьев, живущих в небольшом городке Лючжень под Шанхаем, показывает... Братья Юй Хуа ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Глава 1 Взбрела в голову нашему миллиардеру Бритому Ли странная причуда: решил он потратиться на грабительскую сумму в двадцать лимонов долларов, чтоб слетать разок на российском корабле «Союз» поглядеть космос. Сидя на своем знаменитом на всю округу золоченом унитазе, он закрыл глаза и начал воображать, будто летит по космической орбите. Безлюдье кругом непостижимое, а Бритый Ли глядит с высоты, как вертится тихонько величественная Земля, и невольно защемило у него сердце да слезы на глазах выступили. Тогда только понял он, что остался на Земле этой один-одинешенек. Когда-то была у него надежа и опора — брат Сун Ган. Простодушный и упорный Сун Ган, старше его на год, выше на целую голову, три года назад умер. Превратился в горстку пепла, уместился весь в крохотной деревянной коробочке. Когда Бритый Ли вспоминал о той коробочке, то много и тяжко вздыхал и думал про себя, что, ежели сжечь маленькое деревце, пепла и то выйдет больше, чем от брата. Когда его мать была еще жива, любила твердить: «По отцу и сын». Говорилось это, конечно, о Сун Гане. Мать повторяла, что Сун Ган преданный и добрый — вылитый его отец, будто бы отец и сын — две тыквины с одной плети. А когда она говорила о своем втором сыне, то тут шли в ход не такие слова. Мать качала головой и говорила, что Бритый Ли и его отец ни капли непохожи. Так и шло, пока сыну не исполнилось четырнадцать лет и не схватили его на месте преступления, когда он украдкой подглядывал за женскими задницами в общественной уборной. Тогда мать вчистую переменила свое мнение. Тут она наконец узнала, что Ли и его отец на самом-то деле — тоже две тыквины с одной плети. Бритый Ли помнил, как его мать отвернул

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Точильщик запустил руку в Сунганову коробку, достал оттуда две последние баночки с кремом и внимательно их оглядел. Потом он не удержался и смерил взглядом Сунгановы сиськи. Сун Ган покраснел и тихо-тихо поведал Точильщику:

— Это искусственные.

Точильщик понимающе кивнул и потянул Сун Гана к себе на съемную квартиру. Тот рассовал банки по карманам и поплелся следом за Точильщиком. К вечеру, прошагав немало улиц, они притащились на окраину города, где жила целая туча приехавшего на заработки народу. Точильщик с Сун Ганом оказались на усеянной рытвинами немощеной улочке, по обеим сторонам которой жались убогие домишки. Перед ними все было завешано бельем, и какие-то женщины готовили ужин на переносных плитках прямо перед домами. Мужики стояли там же и курили, лениво переговариваясь. Их дети — один грязнее другого — сновали под ногами. Точильщик поведал Сун Гану, что он не задерживается на одном месте дольше месяца, иначе товар перестает расходиться. На следующий день он должен был уезжать. Сказав это, Точильщик подошел к кое-как сколоченному домишке, перед которым развешивала на просушку белье смуглая баба лет за сорок.

— Завтра уже трогаем, какого хрена обстирываться? — проревел ей Точильщик.

Баба обернулась и проворчала в ответ:

— Вот именно потому, что завтра трогаем, я сегодня и настирала.

— Так завтра самым ранним автобусом едем, если белье не высохнет — что делать будешь? — зло спросил Точильщик.

— Первый ты поедешь, а я подожду, пока белье высохнет, и потом тронусь, — не спасовала баба.

— Твою мать, — загремел Точильщик, — слепой я, что ли, был, когда на тебе женился?

— Это я сослепу за тебя просваталась, — ответила ему баба.

Точильщик, кипя от гнева, сказал Сун Гану:

— Это моя жена.

Сун Ган улыбнулся, и жена Гуаня удивленно уставилась на его крепкие груди.

— Это Сун Ган, мой земляк… — пояснил Точильщик.

Заметив, что жена глаз не сводит с груди Сун Гана, он недовольно прошипел:

— Чего уставилась? Искусственные это. По бизнесу полагается.

Жена Гуаня понимающе кивнула и улыбнулась Сун Гану. Тот вместе с Точильщиком вошел в комнату немногим больше десяти квадратных метров, заставленную мебелью: кроватью, шкафом, столом и четверкой стульев. Точильщик скинул с плеч сумку, поставил ее в углу и предложил гостю стул. Сам он тоже опустился на сиденье и проорал на улицу:

— Давай сготовь нам чего-нибудь пожрать…

— Ты че, не видел, что я белье вешаю? — огрызнулась в ответ жена.

— Твою мать, а, — вызверился Точильщик, — да я десять лет Сун Гана не видел, ступай, купи бутылку водки, курицу и рыбы…

— Ступай? Ха! — звонко хмыкнула тетка. — Ты, что ль, белье вешать будешь?

Точильщик громыхнул кулаком по столу и, заметив, как напрягся Сун Ган, покачал головой со словами:

— Вот дрянь.