Точильщик запустил руку в Сунганову коробку, достал оттуда две последние баночки с кремом и внимательно их оглядел. Потом он не удержался и смерил взглядом Сунгановы сиськи. Сун Ган покраснел и тихо-тихо поведал Точильщику:
— Это искусственные.
Точильщик понимающе кивнул и потянул Сун Гана к себе на съемную квартиру. Тот рассовал банки по карманам и поплелся следом за Точильщиком. К вечеру, прошагав немало улиц, они притащились на окраину города, где жила целая туча приехавшего на заработки народу. Точильщик с Сун Ганом оказались на усеянной рытвинами немощеной улочке, по обеим сторонам которой жались убогие домишки. Перед ними все было завешано бельем, и какие-то женщины готовили ужин на переносных плитках прямо перед домами. Мужики стояли там же и курили, лениво переговариваясь. Их дети — один грязнее другого — сновали под ногами. Точильщик поведал Сун Гану, что он не задерживается на одном месте дольше месяца, иначе товар перестает расходиться. На следующий день он должен был уезжать. Сказав это, Точильщик подошел к кое-как сколоченному домишке, перед которым развешивала на просушку белье смуглая баба лет за сорок.
— Завтра уже трогаем, какого хрена обстирываться? — проревел ей Точильщик.
Баба обернулась и проворчала в ответ:
— Вот именно потому, что завтра трогаем, я сегодня и настирала.
— Так завтра самым ранним автобусом едем, если белье не высохнет — что делать будешь? — зло спросил Точильщик.
— Первый ты поедешь, а я подожду, пока белье высохнет, и потом тронусь, — не спасовала баба.
— Твою мать, — загремел Точильщик, — слепой я, что ли, был, когда на тебе женился?
— Это я сослепу за тебя просваталась, — ответила ему баба.
Точильщик, кипя от гнева, сказал Сун Гану:
— Это моя жена.
Сун Ган улыбнулся, и жена Гуаня удивленно уставилась на его крепкие груди.
— Это Сун Ган, мой земляк… — пояснил Точильщик.
Заметив, что жена глаз не сводит с груди Сун Гана, он недовольно прошипел:
— Чего уставилась? Искусственные это. По бизнесу полагается.
Жена Гуаня понимающе кивнула и улыбнулась Сун Гану. Тот вместе с Точильщиком вошел в комнату немногим больше десяти квадратных метров, заставленную мебелью: кроватью, шкафом, столом и четверкой стульев. Точильщик скинул с плеч сумку, поставил ее в углу и предложил гостю стул. Сам он тоже опустился на сиденье и проорал на улицу:
— Давай сготовь нам чего-нибудь пожрать…
— Ты че, не видел, что я белье вешаю? — огрызнулась в ответ жена.
— Твою мать, а, — вызверился Точильщик, — да я десять лет Сун Гана не видел, ступай, купи бутылку водки, курицу и рыбы…
— Ступай? Ха! — звонко хмыкнула тетка. — Ты, что ль, белье вешать будешь?
Точильщик громыхнул кулаком по столу и, заметив, как напрягся Сун Ган, покачал головой со словами:
— Вот дрянь.






