Но если у них с Дэниелом есть вечность, их любовь может подождать, пока Люс не разберется с парой важных вопросов насчет себя самой. Насчет ее жизней и той жизни, что ей еще предстоит. Сегодня у нее оставалось время только для того, чтобы помахать всем рукой на прощание, глубоко вдохнуть и нырнуть в зловещую тень.
В темноту.
В свое прошлое.
– Ты сам сказал, что ей лучше погибнуть, чем уйти с изгоями, – продолжила она, все еще защищая Майлза.
– С изгоями, которых ты чуть ли не пригласила сюда, – вмешалась в разговор Арриана, обернувшись к побагровевшей Шелби.
– С чего ты взяла, что какой-то нефилимский ребенок способен распознать изгоя? – набросилась на нее Молли. – Ты сама была в той школе, Могла бы и заметить что-то.
– А ну тихо, вы все.
Дэниел не мог спокойно думать, Вокруг толпились ангелы, но без Люс двор казался совершенно пустым.
Он почти ненавидел их, Шелби – за то, что угодила прямо в незамысловатую ловушку изгоя. Майлза – за то, что возомнил, будто может изменить судьбу Люс. Кэма – за то, что пытался сделать…
О, этот миг, когда Дэниел решил, что выстрел Кэма отнял у него Люс! Его крылья казались слишком тяжелыми, чтобы их поднять. В то мгновение он оставил всякую надежду.
Но это был всего лишь обман зрения. Отброшенное отражение, ничего особенного в обычных обстоятельствах, но этой ночью – последнее, чего ожидал Дэниел. Это страшно потрясло его. Едва не убило. Пока он не обрадовался ее воскрешению.
Все еще оставалась надежда.
Пока он может отыскать ее.
Дэниел был ошеломлен, увидев, как Люс открывает тень. Объят благоговением, впечатлен и мучительно покорен ею – но более всего прочего ошеломлен. Сколько раз она проделывала это прежде, пока он ничего даже не подозревал?
– Что думаешь? – подойдя к нему, спросил Кэм.
Их крылья стремились друг к другу под действием этой древней силы притяжения, а Дэниел был слишком измотан, чтобы отстраниться.
– Я отправляюсь за ней, – сообщил он.
– Отличный план, – насмешливо одобрил Кэм. – Просто «отправляешься за ней». Куда угодно во времени и пространстве на протяжении нескольких тысячелетий. В самом деле, зачем тебе продумывать все до мелочей?
От его язвительности Дэниелу захотелось снова размазать его по земле.
– Я не просил у тебя ни помощи, ни совета, Кэм.
Только две звездные стрелы оставались во дворе: та, которую подобрал он, когда она выпала из рук девицы-изгоя, убитой Молли, и та, которую Кэм нашел на берегу в самом начале перемирия. В этом была бы изящная соразмерность, если бы они с Дэниелом сейчас же обратились друг против друга – два лука, две звездные стрелы, два вечных врага.
Но нет. Пока нет. Им нужно устранить слишком многих, прежде чем они смогут возродить давнюю вражду.






