ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Есть легенды, которые не умирают… Ваэлин Аль-Сорна, великий воин, прозванный Темным Клинком, устал от битв. Он возвращается домой, решив больше никогда не воевать. Но тихая жизнь ему недоступна: ко... Владыка башни Энтони Райан Карты Объединенного Королевства — Мой благородный муж, — ответила генералу жена своим резким, хорошо поставленным голосом. — Позвольте вам представить Вернье Алише Сомерена, придворного хрониста его императорского величества Алюрана Макстора Сельсуса. — Да неужели? Это действительно он, сердечко мое? — Генерал, похоже, искренне заинтересовался мной, впервые с момента моего появления в этой великолепно обставленной каюте. Для корабля помещение было просто огромным, повсюду ковры, гобелены, столики, сплошь уставленные вазами с фруктами и кувшинами с вином. Если бы не легкое покачивание этого громадного военного корабля, можно было вообразить, что находишься во дворце. Генерал встал, подошел ко мне и пытливо взглянул мне в лицо. — Это ты — автор «Песней золота и праха»? Летописец Великой войны Спасения? — Он придвинулся еще ближе и понюхал меня, крылья его носа дернулись от отвращения. — Как по мне, так воняет он не лучше прочих альпиранских собак. И взгляд, повторюсь, слишком наглый. Он отошел назад, лениво махнув надзирателю, который нанес мне давно ожидавшийся удар: один-единственный тяжелый удар по спине плетью, вернее, ее рукояткой из слоновой кости. Удар хорошо рассчитанный, что выдавало немалую практику. Я изо всех сил сжал зубы, подавляя крик боли. Крики расценивались здесь как болтовня, а раскрывать рот без позволения было смертельно опасно. — Супруг мой, прошу вас! — В голосе генеральской жены прозвучало раздражение. — Этот невольник дорого стоит. — Не сомневаюсь. — Генерал протянул руку, и раб суетливо наполнил его кубок вином. — Не волнуйтесь, моя благородная супруга. Уверяю вас, его острый язык и руки останутся в целости и сохранности

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Каждый дюйм твоего тела прекрасен.

Рива захихикала, когда губы Велисс скользнули ниже и ее пальцы зарылись в густые, пахнущие земляникой волосы…

И тут она поняла.

— Подожди!

— Ну что там еще? — недовольно спросила Велисс, поднимая голову.

— Катапульт не слышно.

После долгих недель непрерывного грохота тишина казалось звенящей. Рива резко высвободилась и потянулась за одеждой.

— Я тут подумала, что могла бы помогать брату Гарину, — сказала Велисс, пока они одевались. — Ведь больше я ни на что не гожусь.

Она смотрела на Риву с отчаянной надеждой в широко распахнутых глазах. Рива повесила меч за спину и поцеловала подругу в губы.

— Береги себя. — Она откинула отливающие рыжиной волосы с потного лба. — Я тебя люблю.

* * *

Рива полоснула острием меча по глазам противника. Куритай глухо хрюкнул, впервые показав, что чувствует боль. Ослепший, но по-прежнему опасный, он рубил мечом воздух. Рива, высоко подпрыгнула и ударила его в грудь обеими ногами. Воларец отлетел к парапету, не удержался и, потеряв равновесие, рухнул на головы своих товарищей. Рива вскочила на ноги, ловко увернувшись от нескольких мечей, и дворцовая гвардия стеной сомкнулась перед ней, отражая алебардами атаку врагов.

Рива прикинула, что половина отряда уже потеряна. Посмотрев поверх внутренней стены, сооруженной у бреши, она увидела кучи воларцев, поливаемых дождем стрел. Среди атакующих сформировалась сплоченная группа, которая медленно продвигалась вперед под прикрытием щитов. За ними потянулись и другие. «Значит, пора!»

— Отходим! — заорала она и сделала выпад, протыкая обнажившуюся шею очередного куритая, после чего развернулась и побежала вместе с гвардейцами.

В бою они двигались куда быстрее, чем на тренировке, перескакивая через две ступеньки разом. Маневр удалось проделать без потерь, но враги не отставали. Куритаи тут же начали атаковать следующую стену, но лучники, сидевшие на крышах, споро с ними разделались. Тех, кому удалось забраться на парапет, оказалось слишком мало, так что их мигом перебили и сбросили вниз.

— Не забудьте, — напомнила Рива сержанту Лаклину, — как только горн пропоет три раза, сразу отходите на следующее кольцо.

— Да уж не забуду. — Лаклин утер со лба пот и белозубо улыбнулся. — Мы хорошо посчитались с ними. Верно, госпожа?

— Верно, сержант. А теперь давайте-ка заставим их расплатиться сполна.

В западном секторе Антеш собирал тех, кому удалось прорваться после того, как оборона бреши была опрокинута. Рива едва увернулась от огненного снаряда, которыми воларцы начали обстреливать город. Пролетев у нее над головой, он взорвался в нескольких ярдах впереди, разметав в дыму осколки кирпичей и тлеющие угли. Антеш, который предвидел что-то подобное, заранее организовал команды гасителей для защиты улиц.