ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Все ближе 21 декабря 2012 г. — день, когда, согласно пророчеству древних майя, истечет отмеренный человечеству срок. Все чаще звучит роковой вопрос: погибнет ли наша планета или мы сможем шагнуть в... Двенадцать Уильям Глэдстоун От автора Дорогой читатель! Из древних скрижалей индейцев майя и по сведениям ученых, изучающих их священный календарь, явствует, что двадцать первого декабря две тысячи двенадцатого года наступит конец летоисчисления и начнется новая эра. От нынешней ее отличит совсем иная вибрация. Жадность и материализм отойдут на второй план. Главенствовать будет гармония всего сущего. Отдельно взятый человек в этот день — двадцать первого декабря две тысячи двенадцатого года — не обязательно заметит радикальную перемену в своей жизни. Но масштабы общих изменений будут колоссальными и со временем лишь возрастут. Некоторые ученые полагают, что произойдут определенные изменения в галактике, которые скажутся даже на магнитном поле Земли и ее электронных полюсах. Специалисты, углубленно изучающие цивилизацию майя, в большинстве своем склонны считать, что грядущие перемены вовсе не будут сопряжены со стихийными бедствиями, несущими невзгоды нашей планете и ее обитателям, в том числе людям. Древние создатели индейских скрижалей верили в торжество созидательных сил, которое увенчается судьбоносным шагом в новую эру. Человечество сделает его двадцать первого декабря две тысячи двенадцатого года, как это и описано в моем романе «Двенадцать». Решения и поступки, которые вы совершите в этот день, способны повлиять на неуловимое колебание чаши весов в сторону планетарной гармонии. Выбор за вами. В радости — Уильям Глэдстоун 12 марта 1949 года Большой взрыв, имевший место двенадцатого марта тысяча девятьсот сорок девятого года, не был тем событием, которое привело к возникновению жизни во Вселенной. Оно подробно описано Стивеном Хокингом и многими другими учеными. Тем

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Макс всегда считал себя обязанным преуспеть на избранном поприще. Так в итоге и оказывалось, но при этом у него не терялось радостное волнение, присущее большинству детей.

Нет смысла говорить, что родители души в нем не чаяли, а благодаря успешному бизнесу отца он мог ни в чем себе не отказывать. Так что, несмотря на происки брата, подростковый возраст Макс пережил благополучно.

И вот в возрасте пятнадцати лет — а точнее, в четверг, девятнадцатого февраля тысяча девятьсот шестьдесят пятого года, в три пятнадцать пополудни, в кабинете доктора Говарда Грэя — Макс Дофф умер.

_____

Джейн Лефковиц была красивой — рослая кудрявая брюнетка с безупречной кожей и точеной фигурой, редкостно мягкими темными глазами и обворожительной улыбкой, устоять перед которыми решительно невозможно. Знакомые сравнивали ее с Мэри Пикфорд, Нормой Ширер и другими кинозвездами двадцатых — тридцатых годов.

Еще в возрасте шестнадцати лет она вместе со своей двадцатичетырехлетней сестрой Моной отправилась в круиз на Кубу. Мона, дочь эмигрантов из России, уже слыла старой девой, которой перспектива замужества особо не светит. Старшая в троице сестер, она не обладала даром привлекать воздыхателей, как красавица Джейн. Однако на дворе стоял тридцать девятый год, и родители со своим старосветским укладом должны были сначала пристроить замуж старшую и лишь затем остальных. Такова уж традиция в русских семействах, по крайней мере в семье Лефковиц.

Отец Джейн, Арнольд Лефковиц, был скромным торговцем яйцами в Ньюарке — занятие, на которое его супруга Глэдис поглядывала свысока. Пусть он был мудр и толковал Тору так, что снискал уважение раввинов со всего света. По ее мнению, этого все равно было недостаточно для возмещения того, что она, Глэдис, до него снизошла.

В Старом Свете ее семья владела собственным магазином, а отец был квалифицированным врачом, что весьма престижно. Поэтому Глэдис считала себя дамой светской и утонченной, уж во всяком случае не чета мелковатому супругу.

Работы Глэдис не знала отродясь, однако прекрасно управлялась по дому и контролировала все финансы, так или иначе текущие в семейный бюджет через мужа. Так что, несмотря на стоимость вояжа, она хозяйски запустила руку в черную кассу, хранившуюся в третьем ящичке над кухонным ледником, вынула нужную сумму, опустошив семейный бюджет, можно сказать, дочиста, и отправила в десятидневный круиз из Нью-Йорка в Гавану не только Мону, но и Джейн.

Меж собой девушки ладили не особо, но Джейн предстояло стать при старшей сестре сопровождающей, против чего она особо не возражала. Какое-никакое, а разнообразие в жизни и возможность посмотреть мир.