Шериф стоял за дверцей салуна и смотрел на меня немигающим застывшим взглядом. После чего сделал медленный шажок назад и скрылся внутри салуна. Облепившие окна и крыши зрители, молча смотрели на то, как я иду к парню с двумя револьверами который не слишком добро смотрел на меня.
«По видимому это „нянька“ Хоткинса — младшего», — подумал я, остановившись.
— Не стоит, Крис, — сказал я, глядя ему прямо в глаза.
После чего повернувшись, направился к гостинице. Все это было под любопытными взглядами местных зрителей, которые продолжали молча провожать меня глазами.
«Прям, молчаливые зрители», — подумал было я, но вспомнив о стрелках которые первоклассно стреляют на звук, только подивился опыту зрителей, похоже они тоже знали эту особенность некоторых стрелков.
Парень не последовал моему совету. Стрелять в спину подло, но он попытался сделать это. Заметив, что отражение в витрине бакалейной лавки дернулось, я прыгнул в сторону и налету выхватив левый «кольт», на вскидку выстрелил по Крису.
В отличие от Хоткинса — младшего Крис успел выстрелить. И даже попал. Глянув на бившуюся в истерике женщину, которой пуля попортила причёску, я снова бросил взгляд на лежащего в пыли ковбоя, повернулся и, продолжая отслеживать обстановку, дошёл до гостиницы. Проверять стрелка не было смысла, у меня все пули были «дум — дум» ему оторвало пол плеча и разворотило грудину. С такими ранами не живут.
Собрав вещи и сдав ключ, я направился в конюшню, где нетерпеливо переставляя копыта радостно заржав, встретил меня Черныш, который всем своим лошадиным нюхом чуял что скоро мы снова отправимся путешествовать, по бескрайним прериям.
Достав деньги и соломы, я убрал мешочки в чересседельные сумки, так что в моем облике ничего не привлекало внимание, разве что только дальнобойный «Спрингфилд», который я держал в руках, выезжая из конюшни, выбивался из образа добропорядочного переселенца.
В самом городе и на выезде из него меня никто не ждал, разве что две крупные вороны, которые вспорхнули с дороги под дробный перестук Черныша.
То, что меня ждут на выезде, я сомневался, слишком мало времени я дал для этого. Да и никто не ожидал о таком исходе поединка, так что я ехал спокойно, но все равно посматривал по сторонам. Так, на всякий случай.
Я оказался прав, меня не ждали. Поэтому проскакав километров десять, я пустил Черныша трусцой, изредка поглядывая по сторонам, следуя по глубоким колеям прошедшего здесь недавно каравана переселенцев.
В двадцати километрах от города я остановился пообедать. Сварив кофе, я достал пироги миссис Кляйн, что она дала мне в дорогу и, попивая подслащённый напиток, съел весь запас пирогов, опасаясь, что они могут испортиться на такой жаре.






