Попытаюсь дать вам некоторое представление о том, как эти годы повлияли на них обоих. Когда мне было шестнадцать, отцу пришлось закрыть бизнес. Я пришел домой из школы как раз в тот момент, когда эвакуировали нашу машину и у дома ставили знак продажи с молотка. В доме мама паковала все наше имущество. Она пела. «Вот это да! — подумал я про себя. — Они только что потеряли все, а мама поет?» Она усадила меня, чтобы рассказать о том, что происходит, и я спросил ее:
— Как ты можешь паковать вещи и при этом петь?
Широко улыбнувшись, она сказала, что, когда проводишь годы, не зная, умрешь ли через пять минут, не остается ситуаций, с которыми не можешь совладать.
— Пока мы живы и здоровы, все наладится, — сказала она.
Они навсегда сохранили приверженность к некоторым вещам. Мы, бывало, гуляем по улице, а мама наклоняется, чтобы сорвать четырех- или пятилистный клевер. В лагере, найдя такой клевер и отдав его немецким солдатам, считавшим, что он приносит удачу, можно было получить добавку супа или хлеба. Что касается папы, то у него сохранился сильный инстинкт выживания, но почти исчезли эмоции. Когда умерла его сестра, он не проронил ни слезинки. Когда я спросил его об этом, он сказал, что, несколько лет наблюдая смерть в таких огромных масштабах, потеряв родителей и брата, он утратил способность плакать. Так было до кончины мамы. Тогда я впервые увидел его плачущим.
Превыше всего я помню тепло нашего дома, всегда заполненного любовью, улыбками, привязанностью, и едой, и резким суховатым остроумием отца. Я рос в удивительной атмосфере и всегда буду благодарен родителям за то, что научили меня так жить.
Гари Соколов
Благодарности
На протяжении двенадцати лет история Лале существовала как киносценарий. Мое видение этой истории всегда предполагало экран — большой или маленький, это не имело значения. Теперь появился роман, и я хочу поблагодарить всех, кто отправился в это путешествие вместе со мной и выдержал до конца.
Гари Соколов — вы заслужили мою благодарность и любовь за то, что впустили меня в жизнь своего отца и поддерживали на все сто процентов в изложении невероятной истории ваших родителей. Вы никогда не утрачивали уверенности в том, что я дойду до конца.
Гленда Боден — моя начальница двадцати одного года, закрывавшая глаза на хитрости, на которые я пускалась, чтобы встретиться с Лале и другими людьми, помогавшими мне с рукописью. И мои коллеги, бывшие и нынешние, из департамента социальной работы медицинского центра Монаша.
Дэвид Редман, Шана Ливайн, Дин Мерфи, Ральф Мозер из «Instinct Entertainment», которые помогали мне в моем исследовании. Спасибо вам за вашу увлеченность и приверженность этому проекту в течение многих лет.






